ЗАРИСОВКАОт Фэри и Хистл.
«Шëпот метронома. Часть 2»-->
1 частьПоднявшись на этаж, мужчины повернулись к месту, где минуту назад находились парни. Посмотрев под ноги, спокойный голос слегка раздражённо спросил:
– Николай, что это такое? – он указал на валявшиеся на полу бумагу, карандаши и магнитофон.
– Ха? – Николай поднял лист бумаги, повертел его в руках и истерично посмеялся. – Скорее всего, это, Фёдор Михайлович, ваша ещё более свежая партия. Осталось только словить добычу.
От этих слов зрачки Осаму невероятно расширились, а сердце забилось с бешеной скоростью. Он посмотрел на Чую, которого ужасно трясло от страха, но тот не мог издать ни звука, иначе погубил бы обоих.
– Ладно, пока оставьте. Сейчас я хотел бы увидеть мой товар, – пройдя к окну проговорил Фёдор.
– Ах, как скажете! Сейчас же принесу!
Пропев последние слова, Николай завернул в левое крыло здания. Через пару минут он вернулся, неся в руках довольно тяжёлый герметичный контейнер.
– Фуух... Вот, Фёдор Михайлович, проверяйте! – сказал он, поставив контейнер на пол.
Достоевский подошёл к контейнеру и открыл его. Мерзкий запах гнили моментально распространился по всему коридору. Тут Дазай понял всё: человек с звонким голосом – это серийный маньяк Николай Гоголь, которого все считали выдумкой полицейских за неимением доказательств, а Фёдор – торговец человеческими органами на чёрном рынке. Фёдор достал из контейнера пакеты с сердцем и почкой и прикинул их вес в руке.
– Хм, товар и вправду хороший. Не перестаёте радовать, Николай, – заметил он, положив органы на место и плотно закрыв контейнер.
– Ради вас всегда готов стараться! За, конечно же, щедрое вознаграждение, – усмешливо произнёс тот, переминаясь с ноги на ногу.
– Будьте уверены, я не останусь у вас в долгу, – сказал Достоевский, вынул из кармана пальто толстую пачку зелёных купюр и протянул её Гоголю. – Здесь ровно столько, как мы договаривались.
– Ох, благодарю, всегда знал, что вы добросовестный покупатель, – улыбнувшись и взяв пачку в руки, он всё же перелистнул её. – А теперь я предлагаю вам выдвинуться на охоту за свежей партией.
– Если только не долго, у меня нет на это времени.
Шаркнув ботинками, Фёдор сделал пару шагов к комнате, где сидели парни. Из глаз Чуи уже потекли слёзы, а Дазай вжался в стену, крепче держа друга за руку. Он осознал, что если бы не его дурацкая идея снять видео на заброшке, то они бы сейчас спокойно играли дома в компьютер. Закрыв глаза, ему оставалось только молиться, чтобы их не нашли.
– Предлагаю пойти в правое крыло, Фёдор Михайлович. Контейнер можете оставить здесь, он никуда не убежит, – предложил Николай.
– Конечно, отличная идея, – сказал Достоевский, развернувшись на месте. Но ещё раз говорю – недолго.
На его замечание Гоголь лишь кивнул. Он достал из кармана большой складной нож и двинулся в сторону, откуда изначально пришли парни. В последний раз обернувшись на помещение позади, Фёдор поспешил за Николаем.
Прошло пару минут, звук отдаляющихся шагов стих, и Осаму нервно выдохнул. Открыв глаза, он стал тормошить Чую:
– Эй, они ушли. Быстрее побежали по этой лестнице!
Накахару всё ещё трясло от панического страха, но он понимал, что это их единственный шанс спастись от этих людей. Вытерев слёзы, он встал и дрожащим голосом сказал:
– Да... Побежали...
Выглянув из-за стены, Дазай проверил, действительно ли там никого не было. Он вышел из укрытия и позвал за собой Чую.
– Ты в силах бежать?
– Да, мне уже немного лучше... – с небольшой отдышкой проговорил Чуя.
Услышав его слова, Осаму стремглав пустился бежать по лестнице, Чуя за ним. От спасения их отделяло всего каких-то два лестничных пролёта. Пробежав один этаж, они услышали голоса в конце коридора. Свобода была так же близка, как и смерть. Охваченные диким страхом парни ускорились. И вот он – первый этаж, осталось только найти выход. Сбежав с лестницы, Дазай стал судорожно оглядываться, но Чуя окликнул его:
– Осаму, здесь! – он указал на запасный выход. Спрыгнув с бетонных блоков, они оказались на улице.