В 1988 г. Любимов вернулся не только к роли руководителя, но и возобновил постановки, ранее запрещенные партийными органами. Например, в 1989 г. на сцене Театра на Таганке был наконец поставлен «Борис Годунов». Репетициям и премьере (не только в Москве, но и в Угличе) был посвящен документальный фильм Свердловской киностудии «Эх, Россия, ты, Россия».

Кроме того, в этом же году был поставлен спектакль «Живой» по повести Б. Можаева, которая вышла в журнале «Новый мир» в 1966 г. В критической статье в «Известиях» отмечалось:

💬 «Спектакль подвижный, легкий, невесомый. А толкует о неподъемном, о проблеме деревни, о горе, о нужде, о нелепостях темноты жизни беспаспортных колхозников, о хамском идиотизме целой иерархии начальников, сидящих на шее народной. Почему же мы тогда, люди добрые, хохочем? Над чем смеемся? Ну, конечно же, над собой и смеемся, как заметил еще Гоголь. А вот почему, это вопрос эстетический. .. Смеемся, ибо режиссер нафантазировал лихую, великолепную стилистику, очень для театра необычную и изящную — нечто вроде театрального лубка. Но без ярмарки ярких красок — бесцветный такой лубок, глухая деревенская жизнь. Тут ненавидят люто, пьют наповал, бранятся, дерутся, частушки поют наотмашь» [Известия, №59, 1989].

🎞 В том же году на киностудии им. М. Горького С. Ростоцким была снята экранизация повести Можаева. К сожалению, в отличие от спектакля Любимова, история «правдолюбца» Кузькина на экране оказалась не столь привлекательной для обсуждения критиков из мира кино.