📽 В дебютной картине режиссера Валерия Огородникова
«Взломщик» [1987] показана драматичная история братьев Лаушкиных, оставшихся после смерти матери на попечении спившегося отца. Привязываясь к старшему брату-рокеру, мальчик Семен наблюдает процесс смотра-конкурса самодеятельных рок-групп, попадает в чердаки и подвалы, кафе «Сайгон» и другие места обитания подпольных музыкантов.

Через 15 лет после выхода картины, режиссер отмечал, что рок-музыка была для него лишь особенным контекстом, на фоне которого разыгрывалась социальная драма средней советской семьи. Но в 1987 году фильм заинтересовал публику не нравственным сюжетом, а сценами с участием Константина Кинчева в образе главного героя, и других участников ленинградской рок-сцены (группы «Аукцыон», «Кофе», «Присутствие»), о чем говорят первые рецензии после премьеры фильма.

Их авторы обращали внимание на попытку эксплуатации советского рока с целью популяризации фильма и создания искусственной дихотомии между официальной советской культурой и подпольной рок-тусовкой:

💬 «В течение полутора часов мы наблюдаем быт отвратительных, грязных, убогих подонков. Все в них выглядит отталкивающе: и внешность, и поведение, и музыка. Вот как они гнусно развлекаются (показаны пьяные пляски в прокуренном помещении), вот как они скудно мыслят (действие то и дело перемежается неигровыми интервью с персонажами, которые выдавливают из себя нечто нигилистически невразумительное). Вывод: такая среда неизбежно порождает уголовное преступление <…> "Взломщик" – показательный пример того, как в новых общественных условиях можно конъюнктурно эксплуатировать рок-культуру…» [Советский экран. 1987. № 23].

Сам Валерий Огородников неоднократно отмечал, что и музыканты, сыгравшие в фильме, также восприняли его негативно. На встрече со студентами МГУ в 1987 году режиссер говорил: «Многим фильм не понравился. Но мы заранее договорились, что станем показывать только правду. Поэтому главным для меня было признание исполнителей: все снято честно…» [Советский экран. 1987. № 19]. Об этом же автор «Взломщика» вспоминал и 15 лет спустя:

💬 «Картина ведь не про рок, а про человеческую судьбу. Про заброшенность, про одиночество. Всех — начиная от мальчика и кончая подружкой отца. Уж не говоря о Косте… И я понимаю рок-среду, которая забухтела по поводу того, что я что-то не снял. Мол, не так, не про всех, «мы не такие»! Боже мой, а какие?! Я две недели провалялся в нервной клинике после съемок...».