Сектор Газа.

Двор какой-то там, пока что не взорванной ко всем чертям больнички.

Вот, что я имею ввиду, когда говорю «всех до последнего».

Я хочу, чтобы однажды так выглядел весь Сектор Газа, усыпанный завернутыми в ссаные тряпки трупами Махмудов и Мадин, с одной последней, безучастно смотрящей на это кладбище замоташкой.

Той самой «последней».
Всех до последнего.