Forwarded from персиковый домик 🔏 (персик)
...у чана руки исколоты крыжовником. ровные полосы на предплечьях. даже щёки успел поцарапать, пока подливал стяжку под забором, чтобы соседские кролики не бегали снова по огороду. вчера ему пришлось петлять между грядок с рыболовной сетью, пытаясь словить проворных нарушителей. жалко только плантацию огурцов, которая успешно была разрушена. вряд ли там остались крепкие и необорванные завязи. чан весь вечер с досадой смотрел на кучу ботвы, которая со временем высохнет и будет сожжена прощальным сентябрьским костром.
чан останавливает велосипед на пригорке, перекидывая ногу через раму. минхо тормозит немного дальше, съехав в высокие заросли полыни. палка между ржавых спиц застревает, цепляется за дедовские шорты, которые чан нашёл на чердаке, и рвёт их ровно по шву. жалко в какой-то мере. они как паззл семейной истории: успели засиять почти на всех фотографиях в фотоальбоме. там и чан в голубой ванночке с зелёным пупком, а рядом дед. кудри чёрные, глаза гордые, выразительные. через пару страниц фотография с третьего дня рождения. чан на отцовских плечах в забавном костюме матроса. но главное - шорты. отец в белой официальной рубашке, а на ногах они. сейчас грусть накатывала волнами. раритет, такой ткани уже не найти в навороченных магазинах, да и никто не стоит возле ларьков, покрикивая «качество - турция, возьмите, не пожалеете».
— вчера свои порвал, сегодня дедовы, — чан осторожно оттягивает рваный кусок, когда главная преграда в виде палки в колёсах оказывается отброшена в кусты.
— ну, и чего куксишься? хочешь я тебе зашью их вечером? только плакать не начинай и поехали быстрее, пока солнце не высоко, — минхо подкатывается на педалях и дарит такой необходимый щелчок по лбу. он отрезвляет от мыслей, что деда уже давно нет, да и к чему слёзы лить. чан улыбается мягче, возвращаясь в былой строй.
до речки они едут молча, переваривая в голове собственные мысли. сейчас они могли себе позволить остаться наедине с тем, что могло долго тревожить, пока мелкая щебёнка разлетается под новенькими колёсами ржавых ласточек.
они бегут в одних трусах наперегонки. ныряют с головой, оставляя на берегу велосипеды и одежду. вода после ночи ещё холодная, приятно освежает. солнце медленно поднимается от полей, тянет за собой красный рассвет. мелкие серые облачка рассеиваются с каждой минутой открывая чистый ровный холст. день будет хороший.
— чего застыл? — чан подплывает после третьего кругового кросса, приглаживая назад кудрявую чёлку. плечи обгоревшие, ещё красные, но корочки уже начинают отходить. возле ключиц остались белые полоски от майки. на щеках расцвели любимые веснушки. этим летом от солнца они стали только ярче, рассеиваясь не только на висках, но и ближе к векам и розовым яблочкам щёк.
— под водой что-то шевелится.
— это точно речная гадюка, у них как раз скоро брачный сезон. если она тебя укусит, я тебе яд отсасывать не буду, — чан гогочет и набирает скорость, чтобы отплыть от минхо к самому берегу. он оставляет побледневшего парня наедине с собственным страхом, умирая со смеху, когда тот начинает хаотично размахивать руками и плыть в камыши.
— я тебе сейчас такую гадюку покажу, что ты сам себе отсасывать будешь, чан! — минхо беспощадно бьёт по рукам раскрытыми ладонями, пока ноги увязают на илистом берегу. он заляпывает голени чёрными кляксами, но продолжает бежать за чаном до ближайшей сосны, — а что страшно тебе?
— нет, ты просто такой смешной с этой шишкой в руках, — чан айкает, когда шишка прилетает прямо в лоб, а минхо, довольный проделанной работой, ухмыляется. на груди приятно теплеет. солнце тянет тени от еловых веток. у чана чёлка подсыхает, кучерявится неаккуратными вихрями, а щёки скрашивают ямочки.
— давай возвращаться, теплица сама себя не построит.
#bangho #se
