я ехала в Тулу, думала там спрячусь, а я там, наоборот, нашлась

думала, не буду делать фотографии никакие и вот даже любимых моих бабушек дедушек, торгующих у жд вокзала чем придется
я всегда смотрю на их руки
нашинковать ведро капусты сечкой шутка ли? шутка ли стоять полдня на ветру?

я помню руки моей бабушки, помню их на ощупь
я бы их узнала из тысячи рук, но нет их больше
а я вся в своих мыслях, только с поезда иду никого не вижу

- дочка, возьми капустки?
- не могу, к сожалению.
- а аджики?
- не могу, сегодня вечером в Москву
- а ты в Москву возьми!
- с удовольствием бы взяла, все что у вас есть, и вас бы с собой забрала заодно!

женщины смеются. я не знаю кто это просыпается во мне на рынках, в лавках тут, бойкая на язык девица, у неё звонкий голос, я не знаю её, но она мне нравится, она у меня в крови

беру в итоге к столу в баню капусту, для отца хрен, а детям яблоки у дедушки, с которым мне хочется сесть и сидеть рядом долго-долго

и я не знаю почему

сок капустный залил в рюкзаке бродского и мою тетрадку со стихами. я не огорчаюсь, смеюсь. ну вот это я и есть, поэзия в перемежку с квашеной капустой

тетрадку перелистывала и поняла, что месяц назад был год, как я снова спустя много лет стала писать стихи

и первая публикация скоро будет

а про баню я завтра отдельно скажу