«По ответственности разработчиков искусственного интеллекта есть несколько подходов. В некоторых странах ИИ рассматривается как продукт, и можно привлечь разработчика как поставщика. В других странах – это результат интеллектуальной деятельности, а значит, их предоставление идет по лицензии, и при такой конструкции сторона, предоставляющая право использовать ИИ, не несет ответственности за результат, качество, ущерб. По какому пути пойдет РФ, пока сложно сказать: специальные правила из текста закона исключили, и мы применяем положения гражданского законодательства, где этот вопрос напрямую не решен. Суды на практике применяют оба варианта: в ряде случаев квалифицируют систему как продукт и применяют нормы о поставках, в ряде случаев – исходят из положения регулирования интеллектуальной собственности и отказывают в регрессии и возмещении ущерба. Поэтому нам еще нужно решить эту проблему. Решать ее нужно с точки зрения минимизации внешнего ущерба, а не ущерба для разработчика», – считает Людмила Новоселова.