Erril's abyss..: “‼️TW: Упоминания суицида, селфхарм, навязчивые мысли, постепенно схожд…”

‼️TW: Упоминания суицида, селфхарм, навязчивые мысли, постепенно схождение с ума, маты, галлюцинации. ‼️

…Сколько ещё это будет продолжаться?

Вопрос повис в спёртом воздухе комнаты, не находя ответа. Илья лежал на диване, глядя в потолок. Взгляд скользил по знакомым трещинам, которые раньше казались ему картой несуществующих миров, а теперь просто напоминали о том, что всё имеет свойство разрушаться. Техника, здания, кости... Даже люди. Особенно люди.

Только спустя секунд он замечает своё состояние. Сердце колотится где-то в горле; пальцы всё ещё сжимают край дивана так, что болят суставы и цветом как белый мел; в ушах звон и в глазах круги. Мир плывёт. Это всё ещё сон? Или уже реальность?

Что реальность, что Морфеево Царство кажутся кошмарами. Хотя.. Почему это кажется? Так и есть. Если бы сейчас это свалилось на обычного человека, большой шанс, что там и до петли с табуреточкой дошло бы. Удивительно, что он ещё не дошел. Признаться честно, мысли постоянно преследовали его. "Проведи ножницами по руке", "Лезвие ножа неплохо поможет снять пар..", "Видишь успокоительные? Выпей всю банку."... Каждая мысль вбивала гвоздь в крышку гроба его состояния.

Где-то на периферии сознания пульсирует мысль: «Нужно встать. Нужно умыться. Нужно прийти в себя. Нужно.. Нужно... Что.. Что нужно?. Я не помню». Но она звучит как чужая. Как команда, которую отдаёт кто-то, кто не понимает, что тело налито свинцом. Мозг словно отделен от тела, не видя ситуации,он просто видит "ага, тело что-то не активное, надо вот это и это..".

Тело перетряхивает. Появляется ощущение, словно что-то липкое, как клей, покрывает каждую клеточку тела. Ощущение крови на руках. Чужой, алой, густой крови.. Она сочится из ран и мёртвых тел людей, которых он не успел спасти. И это.. Кровь, которую он не видел. Ему просто не позволили её увидеть.

Или позволили? Он не уверен. Больше не уверен.

Пальцы разжимаются. Медленно, с болью в суставах, которые затекли от напряжения. Он смотрит на свои руки. Бледные. Трясущиеся. Ногти обкусаны до крови — он даже не заметил, когда это началось. Ещё одна херня, которую он начал делать, чтобы пытаться хоть что-то чувствовать. Хотя бы боль. Перестал чувствовать на второй неделе.

— Сколько ещё? — голос звучит хрипло, чужеродно. Словно он не пользовался им несколько дней. Или недель. Нет эмоций. Полное истощение. — Сколько это… будет продолжаться?

Тишина не отвечает. Она никогда не отвечает. Ведь на то она и тишина. Хотя, люди могут сказать, что "тишина говорит о человеке больше, чем разговор". О, вот эта точно говорит о том, что нужно к психиатру и в психдеспансер чтобы полечить кукуху и здоровье.

Илья закрывает глаза. На мгновение, не больше секунды. Примере 0,4 секунды. Именно столько человек кажется моргает. И в этой темноте перед глазами начинают вспыхивать образы. Не кошмары. Нет. Что-то похуже.

Воспоминания.

Лера смеётся, запрокинув голову, потому что он только что сказал какую-то глупость. Её розовые волосы разлетаются, солнце светит ей в лицо, и она кажется ему самым красивым, что есть в этом мире. Нежный цветок, наверное лилия, который расцвел и привлекает внимание всего мира. И этот цветок выбрал его. Грубого, неумелого садовода. Можно ли назвать это всё подростковой любовью? Но это же любовь. Искренняя.

Невер сидит за рулём, ведя чёрный защищенный авто. Глаза сосредоточены на дороге, но переводят время от времени на него взгляд. Руки сжаты на руле, время от времени поворачивая тот. Нео наблюдает, как брови старшего складываются домиком, когда он выдаёт очередную бессвязную, но настолько абсурдную мысль, что даже у Невера подрагивает уголок рта. О, а это он считаем своим личным достижением. "Рассмешить Невера". У него почти получилось тогда, совсем чуть-чуть не хватило дожать, но они слишком быстро приехали.

Картинка плывёт. Искажается. Тёплые тона сменяются серыми, синими, алыми.