У меня всё больше вопросов к тому, что происходит с делимитацией и демаркацией армяно-азербайджанской границы.

После демаркации северо-восточного участка прошло уже достаточно много времени, но дальше на юг видимого движения практически нет. Политически процесс вроде бы продолжается, но на земле ощутимого прогресса я не вижу.

Именно этого я опасался с самого начала. Главными для меня всегда были наиболее чувствительные участки - прежде всего Сюник и Гегаркуник. Пока граница там окончательно не определена и не демаркирована, сохраняется пространство для будущего давления и новых кризисов.

Я не располагаю никакой непубличной информацией и рассуждаю исключительно как наблюдатель. Но отсюда возникает главный вопрос: а действительно ли Алиеву сейчас выгодно окончательно закрывать эту тему?

Возможно, он уже понимает, что прежняя модель давления на Армению постоянная игра границей, угрозой эскалации и военной силой становится всё менее применимой. Вовлечённость США и Европы в регион значительно выросла, и цена новой серьёзной эскалации для Азербайджана сегодня совершенно другая.

Но если затягивание процесса почти ничего не стоит, зачем спешить?

Азербайджан сейчас находится в очень удобном положении между Россией и Западом. Он может дистанцироваться от Москвы настолько, насколько ему выгодно, одновременно сохраняя экономические связи и пользуясь нынешней региональной конъюнктурой. Зачем окончательно сжигать мосты с Россией, пока продолжается война в Украине и никто не знает, каким будет баланс сил после неё?

Есть ещё Иран. Пока противостояние вокруг Ирана остаётся одним из важнейших вопросов региона, Азербайджан сохраняет дополнительную стратегическую ценность для Запада. И Алиев это прекрасно понимает.

Получается довольно удобная конструкция: есть Россия, есть Иран, есть незакрытый вопрос с Арменией, есть незавершённая граница и Баку нужен практически всем как игрок, через которого проходят сразу несколько геополитических линий.

А теперь представим другую ситуацию: война в Украине закончилась, иранский вопрос перестал быть настолько острым, с Арменией подписан полноценный мирный договор, границы признаны и окончательно демаркированы. Тогда и нынешняя особая геополитическая ценность Азербайджана неизбежно изменится. А вместе с этим у Запада может стать меньше причин закрывать глаза на внутреннее устройство азербайджанской власти.

Поэтому Алиев будет тянуть каждый из этих вопросов настолько долго, насколько ему позволят. Не переходить красную линию, не отказываться от мира, не доводить отношения ни с Западом, ни с Россией до точки невозврата, но одновременно не отдавать бесплатно тот политический ресурс, который ему даёт нынешняя неопределённость.

Тянуть до момента, когда цена дальнейшего затягивания станет выше, чем выгода от него. И только тогда окончательно договариваться.

Я очень надеюсь, что отсутствие прогресса в демаркации объясняется именно таким прагматичным торгом, а не сохранением возможности для будущей войны.

Потому что какими бы сильными мы ни стали и даже если представить, что завтра Армения способна победить в новой войне, я всё равно не хочу этой войны. После всего, через что мы прошли, наша цель должна заключаться не в том, чтобы выиграть следующую войну, а в том, чтобы сделать её невозможной.