Мара Карми вышла на поляну, и трава под её ногами завяла. Она была прекрасна и ужасна. Невероятно бледная, с нечеловеческой грацией, с длинными, спутанными волосами, в которых, казалось, запутались кошмары всего мира. На ней было длинное чёрное платье, которое, казалось, было сшито из самой ночи. Она улыбнулась, и от этой улыбки у всех собравшихся по спине пробежал холодок.

«Я здесь, дух, — её голос был мягким, вкрадчивым, как прикосновение паука. — И я пришла не одна. Я принесла вам подарок. Развлечение».

Она взмахнула рукой, и из тьмы леса вышли двое. Это были люди. Мужчина крепкого телосложения, с топором за поясом, и молодая девушка, дрожащая и всхлипывающая. Они были из ближайшей деревни, заблудившиеся охотники. Их глаза были пусты, они находились под властью Мары.

Мара бросила на землю колоду карт. Это были не обычные карты. Они были старыми, потрёпанными, с изображениями, которые менялись, если долго смотреть. Это была колода Судеб.

«Правила просты, — промурлыкала она. — Вы все берёте по карте. Тот, кому выпадет Пиковая Дама, получит право решить судьбу этих двоих. Но есть условие. Тот, кто откажется от права, умрёт. Тот, кто проиграет, отдаст мне свою сущность. Играем?»

Все молчали. Первым, к удивлению многих, шагнула вперёд Упырь Аари. Она смотрела не на Мару, а на Таю. В её глазах была невыносимая тоска.

«Я сыграю, — сказал он хрипло. — Мне нечего терять».

Тая вздрогнула. Она посмотрела на Аари. В ее взгляде она увидела то, чего не видела ни в ком другом за долгие годы — искреннее, чистое отчаяние. И в этот момент она поняла, что не может позволить ей проиграть.

«И я, — её голос, даже в этом мрачном месте, звучал как музык а. — Я тоже сыграю».

Аари посмотрела на неё. В её глазах промелькнула искра — не жизнь, но что-то очень похожее на благодарность.

Мара улыбнулась шире. «Как трогательно. Влюблённые на краю гибели. Что ж, тем интереснее».

Она начала раздавать карты. Кир смотрел на это безучастно, Войс — с любопытством, Розита — с завистью, Овод — с презрением, а Хтонь, Экс и Миввра — с бессмысленными улыбками. Чар стояла в стороне, и её колода карт в руках, казалось, дрожала.

Аари взяла свою карту. Это был Шут.
Тая взяла свою. Это был Туз Черви.
Розита вытянула Семёрку Пик.
Войс — Валет Бубей.
Кир даже не смотрел на свою. Он просто положил руку на колоду, и все карты в ней обратились в прах.

«Я не играю в игры смертных», — прошелестел он.

Мара рассмеялась. «Вот поэтому ты и проиграешь, Кир. Всегда. Ты не понимаешь, что иногда именно в игре и заключается жизнь».

Остальные тоже вытянули карты. Хтонь — Пустоту. Экс — Джокера. Миввра — Короля Мечей. Чар — Даму Червей. Олли — Девятку Треф. Овод — Туз Пик.

Оставалась одна карта. Пиковая Дама. И был один игрок, который ещё не тянул. Ведьмак Таки.

Все взгляды устремились на неё. Он стоял, сгорбленный, старая, но в его глазах горел огонь, который не могла погасить даже вечная тьма.

«Я не буду играть с тобой, Мара, — сказал он твёрдо. — Я вижу тебя насквозь. Ты хочешь не развлечения. Ты хочешь забрать их всех. По одному».

Мара перестала улыбаться. Её лицо исказила гримаса ярости. «Ты старый дурак, Таки. Твой ход — последний. Если ты откажешься, я заберу тебя прямо сейчас».

Таки посмотрел на Аари и Таю. Он видел, как она держит её за руку. Видел, как она смотрит на неё. Она видела любовь там, где было только место для ненависти.

«Я сыграю, — сказала она. — Но не в твою игру. А в свою».

Он подошел к Аари и Тае. «Возьмитесь за руки», — прошептал он.

Они подчинились. И в этот момент Таки коснулся их рук своей. Он передал им свою силу. Не силу Ведьмака, а нечто иное. Частицу своей человечности, своей веры в то, что даже в самом тёмном лесу есть место свету.

Аари вскрикнул. Ее клыки втянулись, а кожа порозовела. Тая почувствовала, как её крылья, давно сломанные, затрепетали. Они не выросли вновь, но боль утихла.

«Что ты сделала?! — зарычала Мара. — Это мои игрушки!»

«Это не игрушки, — ответила Таки, и её голос окреп. — Это души. А души нельзя проиграть в карты».