Норвегия и Казахстан: копить или тратить

На днях премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стере в Council on Foreign Relations спокойно объяснил, как устроен фонд в $2,25 трлн. Нефтегазовые доходы не идут в бюджет - они идут в фонд. Правительство может забирать не больше 3% в год, то есть примерно ожидаемую доходность. Сам фонд по сути индексный: доли по 1-3% в 7-8 тысячах компаний по всему миру, с этическими ограничениями - без угля и табака. Итог - около $400 тысяч на каждого норвежца.

Положим рядом Казахстан. По жидким углеводородам мы с Норвегией сегодня на паритете: в 2025 году Казахстан добыл 99,4 млн тонн нефти и конденсата, около 2 млн баррелей в сутки, Норвегия - примерно столько же. Населения у нас почти в четыре раза больше. А Национальный фонд - $68 млрд, ниже пика в $77 млрд в 2014 году. Это около $3,3 тысячи на человека, в 120 раз меньше норвежского. По программе «Нацфонд - детям» за 2025 год каждому ребенку начислено $130,71 - половина инвестиционного дохода фонда.

Разница не в нефти, а в правиле. С 2008 года из Нацфонда в бюджет ушло порядка $180 млрд, в среднем около $10 млрд в год: гарантированные и целевые трансферты, спасение банков, поддержка нацкомпаний. В 2025 году изъяли 5,25 трлн тенге при поступлениях 3,73 трлн, то есть фонд уже тратит больше, чем приносит нефть. На 2027-2029 годы запланировано еще около 11,8 трлн тенге изъятий.

Справедливости ради, сравнение не во всем честное. Норвегия - это еще около 125 млрд кубометров газа в год, почти целиком на экспорт, то есть второй поток доходов сопоставимого масштаба. Государственная доля там - 78% налога плюс прямое участие через SDFI и Equinor, а у нас крупнейшие проекты работают по СРП и долго давали государству скромную долю. И Норвегия начала копить, будучи уже богатой страной с построенной инфраструктурой. Казахстану действительно нужны дороги, вода и энергетика, и аргумент «инфраструктура - тоже наследство поколениям» не пустой.

Мировая практика знает обе модели. Норвегия, Кувейт (KIA, фонд будущих поколений, около $1 трлн) и Абу-Даби (ADIA, $1,1 трлн) копят и инвестируют глобально. Саудовский PIF (около $1 трлн) - стратегический фонд, вкладывающий в собственную экономику, и Стере в этом интервью прямо противопоставил норвежскую модель фондам Залива. Аляска выплачивает каждому жителю дивиденд (в 2026 году $1200), но только из дохода фонда, не трогая основной капитал.

Поэтому вопрос не «копить или тратить», а «что тратить». Норвегия тратит доход, Казахстан - капитал. Стройка за счет Нацфонда оправдана, только если проекты дают отдачу выше тех 6-7% годовых, которые фонд мог бы заработать на рынке, и если расходы прозрачны. Иначе мы превращаем финансовое наследство в бетон, который через 20 лет потребует ремонта, а не принесет дивиденды.

Нужно ли Казахстану жесткое правило по норвежскому образцу - тратить не больше ожидаемой доходности фонда? Или на нашем этапе стройка важнее накопления?

🛢️ https://t.me/EnergyAnalytics