«Есть вещи, которые искусственный интеллект не сделает», — эксперт по ФСИН Анна Каретникова о внедрении цифровой слежки в тюрьмы

«Настоящее время» в своем материале рассказало о недавних исследованиях научных сотрудников ФСИН, в которых предлагается внедрять все новые системы на основе искусственного интеллекта в российские тюрьмы.

Отдельные элементы такого надзора в России уже работают. В московской «Бутырке» с конца 2022 года испытывают систему «Цифровое СИЗО» с более чем 350 камерами, которые должны автоматически замечать драки, попытки побега и суицида, задымление и другие инциденты.

Участница «Мемориала» и бывший ведущий аналитик УФСИН по Москве Анна Каретникова рассказала, что ее «забавляло, что в качестве опытного полигона они решили выбрать "Бутырку"»:

⬅️Меня забавляло, что в качестве опытного полигона они решили выбрать "Бутырку" – один из самых отсталых, в плане технологий, московских изоляторов. Там всю жизнь не работала громкая связь, в отличие от других изоляторов. А в больших камерах, где сидит по 20 человек, не было вызывной сигнализации, которая нужна для срочного вызова врача или сотрудника, если что-то произошло. Это был единственный в Москве изолятор, где в случае необходимости арестанты громогласно стучали в двери➡️, — поделилась Каретникова.

В ИК-6 во Владимирской области, где ранее содержался Алексей Навальный, действует проект «Цифровая ИК»: система должна распознавать лицо и голос заключенного, отслеживать его перемещения и выявлять «подозрительную активность». Телефонные разговоры там записывает и переводит в текст система «Незабудка», способная прервать звонок при срабатывании на определенные слова.

На этом ФСИН не собирается останавливаться. В научных публикациях сотрудников ведомства предлагается использовать ИИ для анализа разговоров и эмоционального состояния заключенных, составления поведенческих профилей и оценки риска дальнейших нарушений. Идея прогнозировать поведение осужденных уже закреплена в Концепции развития уголовно-исполнительной системы до 2030 года.

Однако главная проблема, по мнению Каретниковой, связана не столько с деньгами, сколько с устройством самой тюремной системы. Она отмечает, что даже если ИИ заметит драку, попытку суицида или другое происшествие, дальше все равно должен вмешаться человек. При кадровом дефиците сотрудников сигнал может остаться без своевременной реакции:

⬅️В тюрьме действительно многое зависит от людей. Есть вещи, которые искусственный интеллект не сделает. Он может о чем-то предупредить, но дальше все равно человек должен совершать действия. При этом человек допускает ошибки, в результате которых возникают разные конфликты и опасные ситуации. Поэтому в каких-то областях внедрить искусственный интеллект было бы хорошо. В целях обеспечения безопасности или в гуманитарных вещах, но не для того, чтобы еще больше притеснять арестантов➡️

Отдельная проблема — отсутствие у заключенных доступа к исходным записям, информации о работе алгоритма и независимой экспертизе. Цифровизация в таких условиях может не снизить, а усилить неравенство между администрацией и заключенным: записи, удобные для обвинения, будут использоваться как доказательства, тогда как проверить работу системы или оспорить ее выводы будет сложно.

📌 Аналогичные системы уже используются за рубежом. В Гонконге «умные» тюрьмы применяют датчики, смарт-браслеты и автоматический анализ поведения, в Сингапуре — роботов-патрульных, а в Китае тестируют ИИ для оценки эмоций и психологического состояния заключенных. Исследователи ФСИН прямо называют гонконгский опыт одним из наиболее интересных для российской системы.