Что делать, если вас пытаются завербовать спецслужбы? Об этом адвокат Дмитрий Захватов подробно рассказал на примере дела Риты Флорес — участницы Pussy Riot, которая оказалась под контролем российских спецслужб

После того как Рита Флорес с помощью Захватова была эвакуирована, он записал с ней интервью для издания Port.
Вчера вышло интервью Дмитрия Захватова Аркадию Янковскому на YouTube-канале проекта «Прожектор-2026». Это интервью интересно не только самой историей Флорес. Захватов рассказывает, как может выглядеть вербовка человека и почему выйти из такой ситуации бывает гораздо сложнее, чем кажется со стороны.

Всё начинается не обязательно с прямого предложения «работать на спецслужбы». Сначала могут идти обыски, наблюдение, давление, угрозы проблемами для самого человека и его близких. В истории Риты был и эпизод в Беларуси, где она рассчитывала на помощь с выездом, но в итоге оказалась у белорусских силовиков.

Позже, уже в России, с ней сработала классическая схема «доброго и злого следователя». Один сотрудник представлялся более спокойным и готовым «помочь», другой давил и угрожал уголовными последствиями и проблемами для матери Риты. В результате она подписала обязательство о неразглашении, а затем — соглашение о сотрудничестве.

Дальше контроль держался уже не только на угрозах. Важную роль играло ощущение, что за человеком следят, читают его переписку, знают о его контактах и могут в любой момент напомнить о себе.

При этом задачи Риты далеко не всегда выглядели как что-то секретное или масштабное. Её просили собирать информацию об активистах, художниках и других людях, готовить отчёты. Иногда речь шла о сведениях, которые и так можно было найти в открытом доступе. Захватов считает, что здесь сказывалась внутренняя система показателей спецслужб: важен был сам факт наличия завербованного человека и регулярных отчётов о проделанной работе.

Рита постепенно научилась формально выполнять требования, но при этом старалась не причинять вреда другим. Она могла сделать так, чтобы собеседники не сообщали ей ничего важного, или изображать непонимание того, зачем вообще сотрудникам интересны те или иные люди.

Но самым серьёзным эпизодом в этой истории Захватов называет весну 2025 года, когда Рите предложили принять участие в операции против Петра Верзилова. Сначала предложение прозвучало как будто в шутку: Рите намекнули, не хотела бы она «пришить» Петра Верзилова и получить за это деньги. Затем предложения стали всё более прямыми и настойчивыми.

План состоял в том, чтобы уговорить Верзилова поехать в Сербию, привести его в определённый ресторан, где должны были находиться криминальные лица и представители российских спецслужб, после чего Рита должна была уйти, а с Верзиловым должны были расправиться.

Именно после этого стало понятно, что ситуация перешла совершенно на другой уровень. Адвокат какое-то время рассматривал даже вариант согласиться на эту схему и попытаться вывести организаторов операции на иностранных спецслужб. Но от этой идеи отказались: слишком велик был риск для самой Риты. В итоге решили не устраивать контригру, а искать возможность безопасно покинуть Россию.

➡️ Отдельная часть истории — получение загранпаспорта.

Рита неоднократно пыталась получить документ, объясняя куратору необходимость поездки за границу. Сначала ей отказывали. Затем паспорт появился в системе, но получить его сразу не удалось. В конце концов Рита пришла за ним вместе с матерью. После конфликта в паспортном отделении документ всё-таки выдали.

Захватов видит в этой истории важную деталь: разные государственные структуры не всегда действуют как единый механизм. Между ними могут возникать несогласованность и обычные человеческие ошибки — и именно этим иногда удаётся воспользоваться.

➡️ Ещё один показательный эпизод — полиграф.

Перед отъездом Риту проверяли на детекторе лжи. Первый тест продолжался около восьми часов и показал «ложь» практически по всем ключевым вопросам. Затем был ещё один тест с похожим результатом.

После этого куратор сначала пришёл в ярость, а затем начал объяснять Рите, как пройти следующий полиграф. Причина звучала почти абсурдно: от результата проверки зависели его собственные показатели и возможное вознаграждение.

Для Захватова это одна из главных иллюстраций всей системы. С одной стороны — огромные возможности для давления и контроля. С другой — бюрократия, внутренние показатели, несогласованность разных ведомств и вполне обычные человеческие интересы.

При этом адвокат отдельно говорит о другом аспекте этой истории — бессмысленности части заданий, которые получала Рита. Спецслужбы могли тратить время и ресурсы на наблюдение за художниками и активистами, проверять содержание произведений искусства и искать в них возможные политические намёки.

Юрист считает, что подобные истории вообще важно делать публичными. Вербовка обычно происходит тихо, а если человек рассказывает о ней публично, это меняет ситуацию: становится гораздо сложнее продолжать использовать его тайно, а сама схема перестаёт быть невидимой.

В то же время человек не должен пытаться справиться с этим в одиночку. В таких ситуациях, по его мнению, нужны люди, которым можно доверять, и профессиональная юридическая помощь.

Основные выводы, к которым можно прийти, анализируя историю вербовки Риты Флорес:

➡️ Вербовка может быть не одномоментным событием, а длительным процессом психологического давления.

Спецслужбы могут постепенно формировать у человека ощущение полной безысходности, постоянного контроля и отсутствия возможности отказаться.

➡️ Страх и стыд могут становиться инструментами управления человеком.

После подписания определённых документов эти чувства способны использоваться для дальнейшего давления и удержания человека в зависимости.

➡️ Выход из вербовки возможен, но конкретный путь зависит от обстоятельств.

Универсального сценария не существует — многое определяется правовым статусом человека, характером предъявляемых требований и уровнем существующих рисков.

➡️ При наличии реальных уголовных рисков особенно важно обратиться за юридической помощью.

Захватов считает принципиально важным найти адвоката, который имеет опыт именно в правозащитных делах и подобных ситуациях.

➡️ После выезда за границу публичное раскрытие факта вербовки может стать дополнительной мерой защиты.

Открытость в таком случае может затруднить возможность повторного использования человека в качестве инструмента давления.

➡️ При этом спецслужбы не следует воспринимать как абсолютно всемогущую и безошибочную систему.

Захватов одновременно говорит об их серьёзных возможностях и обращает внимание на бюрократическую неэффективность, несогласованность между различными ведомствами и человеческий фактор.