Как упрямый петербуржец записал один из ярчайших электронных альбомов 2026-го или история Architectonics от Hoavi:
Петербург, лето. Дни начинаются рано и почти никогда не заканчиваются. По набережной Обводного канала – одной из самых бесконечных в Питере – идет задумчивый человек, из-под темной кепки выбиваются светлые волосы. Миновав ряд мостов, он сворачивает направо и вскоре оказывается у приземистого ангара, а спустя минуту - уже в нужной комнате. Единственный стол уставлен контро́ллерами. Из окна виднеются железнодорожные пути. Добро пожаловать в студию Кирилла Васина, или
Hoavi.
В мае он выпустил альбом
Architectonics, который положительно оценили
Pitchfork,
First Floor,
Inverted Audio,
Bandcamp Daily и другие издания. На релизе Васин совместил текстуры даб-техно со звуками индонезийского оркестра - гамелана. Столкнул современный, гулкий продакшн с непривычными европейскому уху гармониями, которые напоминают о древности музыкальной культуры. Наверное, чтобы вникнуть в этот синтез, стоит рассказать о звучании гамелана и обстановке, в которой его можно услышать.
Тропики. Вечер. Солнца нет, но жар еще липнет к спине. Вы едете по узкой дорожке на байке - в лунном свете поблескивают рисовые поля. По мере приближения к деревне доносятся необычные звуки: они летят со стороны каменного навеса. Приближаясь к нему, вы замираете. Около тридцати индонезийцев в оранжево-красных одеждах
барабанят по неизвестным предметам. Причудливым ксилофонам, гонгам, чугунным ковшам. Масса перкуссионных ударов сливается в нечто единое. Это единое и зацепило
Hoavi.
На альбоме Кирилла полиритмия гамелана сливается с дабом, образуя редкое для современной электроники сочетание. Прослушав релиз, я попросил автора коротко рассказать о процессе записи.
«К гамелану я подходил постепенно… Да и вообще давно слушаю перкуссионную музыку. Я же пришел в электронику из брейк-данса – когда-то, давным-давно, жил в Иваново и участвовал в батлах. А в брейке перкуссия играет важную роль. – Кирилл медленно подбирает слова, его задумчивое лицо обрамляет щетина. – И вот, исследуя музыку с перкуссией, я пришел к творчеству отца минимализма, Стива Райха. А у минимализма корни растут из гамелана, да и сам Райх писал для него пьесы. Cо временем я понял, что гамелан – моя любимая музыка. Было это в районе 2015-го».
Идея записать альбом с гамеланом бродила в сознании Васина семь лет - было неясно, как подступиться к этому жанру. За эти годы Кирилл сочинил с десяток других альбомов. Среди них эмбиентальный
Music For Six Rooms, появившийся на испанском
Balmat. И экспериментальный
Invariant, изданный на калифорнийском
Peak Oil. Собственно, новый релиз Кирилла появился как раз на
Peak Oil - лейбле, который не побоялся тренда на кэнселинг россиян. Ни один электронный лейбл такого уровня сегодня не выпускает продюсеров, живущих в России. Кроме того, американцам пришлось проявить терпение и ждать музыки несколько лет.
«Все сэмплы я собрал здесь, в Питере, - в Индонезии никогда не бывал. Так что мой гамелан записывался в студии у железной дороги… Первая версия появилась в 22-м году. Отложив материал на месяц, я переслушал его и понял, что недоволен, – признается Кирилл. – Я углубился в изучение гамелана, в его ритмические рисунки. Оказалось, звучание меняется от поселения к поселению, хотя всегда остается сложным, плюс это очень длинные композиции, сыгранные на память, без нот… Слушал я и современных авторов, которые используют приемы гамелана:
Don’t Dj,
De Leon. Начал заново, записал второй альбом, но и его завернул. Сложный был момент – психовал, в сердцах говорил себе, что я бездарность. Но когда есть цель – у меня включается спортивный интерес, дисциплина. И абсолютно в том же сеттинге – в своей студии – собрал третий релиз. Его мы и выпустили».
Сегодня, когда
Architectonics уже попадает в
списки лучших альбомов 2026-го, весьма очевидно, что старания Кирилла окупились. А кроме этого, очевидно и то, что хорошая музыка всегда заглушит шум времени – ложь, грязь, страх – и, обещая пережить всех и вся, останется просто хорошей музыкой.
