17 апреля РСПП выносит на заседание нового комитета по экологии и климатической политике фактически программу пересмотра ключевых природоохранных механизмов — от «Чистого воздуха» до платы за НВОС и правил экологической экспертизы.

Главный конфликт — вокруг второго этапа федерального проекта «Чистый воздух». В материалах прямо заложена подготовка предложений по корректировке эксперимента уже для 29 городов: к июлю — оценка первой волны, к сентябрю — анализ экономических последствий квотирования, к декабрю — изменения в закон о квотировании выбросов.

При этом бизнес требует учитывать не целевые показатели «сверху», а реальные технологические возможности предприятий, ориентироваться на НДТ и считать эффективность мер через стоимость сокращения одной тонны выбросов. Параллельно фиксируется тезис о том, что ключевые загрязнители в городах — это не только промышленность, но и транспорт с автономным теплоснабжением.

Отдельно выведена энергетика: предлагается закрепить особые правила квотирования для тепло- и электроэнергетики, включая исключение новых генерирующих мощностей из-под ограничений и переход от валовых выбросов к контролю по концентрациям в контрольных точках. Это уже прямое предложение по ослаблению режима для части отрасли.

Второй крупный блок — плата за негативное воздействие на окружающую среду. В повестке — анализ последствий ставок, введённых в 2025 году, с последующей корректировкой. Причём речь идёт не о точечных изменениях: к маю 2026 года должен быть подготовлен отраслевой разбор по ключевым секторам — от энергетики и нефтегаза до металлургии и ЖКХ.

Параллельно предлагается пересобрать сам механизм: сократить перечень загрязняющих веществ, за которые взимается плата, уточнить коэффициенты и, главное, расширить возможность зачёта природоохранных инвестиций компаний (включая САКВ) в счёт НВОС.

Через всю дорожную карту проходит ещё один системный сюжет — сокращение перечней регулируемых загрязняющих веществ. Для воздуха и воды сначала предлагается выработать критерии, а затем внести изменения в действующие перечни, включая вещества с ОБУВ. Это означает потенциальное снижение объёма обязательного экологического контроля.

По водному регулированию ставится более жёсткая задача — устранить коллизию трёх систем нормирования (рыбохозяйственные ПДК, санитарные ПДК и НДТ) и перейти к ограниченному перечню приоритетных загрязнителей с едиными достижимыми показателями. Одновременно готовятся изменения по сбросам шахтных вод, сбросам на рельеф и даже процедурам изменения границ водоохранных зон.

В блоке отходов — попытка решить накопленные проблемы полигонов: предлагается смягчить требования к экологической экспертизе при продлении эксплуатации объектов размещения отходов и урегулировать статус объектов, оказавшихся в водоохранных зонах после изменения законодательства. Отдельно вынесена экологическая экспертиза: бизнес предлагает отказаться от повторного прохождения ГЭЭ, если изменения в проекте не увеличивают воздействие на окружающую среду.

В климатической части позиция предельно осторожная: при поддержке развития углеродного рынка предлагается не распространять сахалинский эксперимент по ограничению выбросов на другие регионы до 2028 года, пока не получены его результаты.