📆 25 ноября на московской площадке клуба «Валдай» состоялась дискуссия, посвящённая итогам саммита «Группы двадцати» в Йоханнесбурге (ЮАР). Участие в ней принял Директор Департамента экономического сотрудничества МИД России Д.А.Биричевский.

📺 Смотрите дискуссию полностью

Ключевые тезисы из выступления:

• [Саммит в ЮАР] — это первый саммит на африканском континенте. Уже второй год Африканский союз является полноценным участником «двадцатки». Коллеги из ЮАР [хотели] показать [страну] как неформального лидера, представляющего интересы всего африканского континента и обратить внимание мира, прежде всего стран-доноров, на проблемы, которые существуют в Африке.

• «Группа двадцати» показала свою эффективность и солидарность во время финансового кризиса 2008 года. Тогда «двадцатка» сплотилась, приняла определённые мощные решения единым голосом и по сути затормозила этот кризис. И тогда было решено вывести [форум] на уровень лидеров, а до этого это был процесс [на уровне] министров финансов.

• Объективно, идёт фрагментация мировой экономики, и это, с одной стороны, долгоиграющий процесс, который начался не в этом году, а несколько лет назад, и ускорился с 2022 года на фоне ведения Западам незаконных ограничительных мер против России. Это подорвало и логистические цепочки, и финансовые платежи, и возможности экспорта необходимых для мира наших товаров и импорта в Россию.

• Несмотря на просьбу американцев ко всем делегациям не принимать итоговую декларацию, [утверждавших], что «нет консенсуса раз США не участвуют», в принципе, особых проблем с этим не было, никто и ухом не повёл.

• Повестка [саммита] была общечеловеческая, понятная, против которой трудно возражать. Это устойчивое развитие, солидарность, равенство, акцент на проблемах африканского континента.

• Очень мощный акцент в этом году был сделан на полезных ископаемых, на доступе к ним, на то, чтобы прибыль от добычи критических минералов, редкоземельных металлов и других полезных ископаемых всё-таки доставалась в большей степени тем, кто их производит.

• Внимание к украинскому конфликту было окончательно размыто в этом году, когда ситуации на Украине не был посвящён отдельный параграф [в декларации], а этот кризис был перечислен буквально одной строкой в ряду других.