Выборы президента РФ всегда стояли особняком от других избирательных кампаний. На выборах губернаторов, депутатов Госдумы, региональных и муниципальных парламентов наибольшее значение для политических администраторов имеет число голосов. Часто ради победы на них кандидатов от власти они жертвовали другим важнейшим критерием – явкой. Чем меньше людей придёт на выборы, тем проще отсекать от избирательных участков сторонников оппозиции и обеспечивать необходимое число голосов в пользу нужных участников.
Инструменты понижения явки оттачивались десятилетиями. Самыми простыми стали снижение уровня информирования избирателей, отказ в регистрации ярких кандидатов и максимальное отсутствие интриги в ходе кампании. Помогала власти и сотрудничающая с ней внесистемная оппозиция, периодически объявлявшая «избирательную забастовку». Откликнувшиеся на такой призыв оппоненты повышали результаты провластных кандидатов.
На выборах главы государства, напротив, на первом месте стоял вопрос о доле пришедших к урнам избирателей. Эта установка была продиктована референдумным форматом предыдущих кампаний. Но в этот раз она имеет более глубокое значение. Власти необходимо продемонстрировать всему миру высочайший уровень сплочённости общества вокруг фигуры лидера страны, чтобы обеспечить геополитическую устойчивость России.
По данным «Октагона», обсуждается задача привести на бумажные и электронные участки более 70 процентов избирателей.
Если она будет выполнена, то этот показатель станет рекордным среди всех кампаний с участием Владимира Путина. Пока наивысшим результатом являются 67,5 процента – такая доля россиян приняла участие в президентских выборах в 2018 году.
Социологические опросы впервые за много лет не дают однозначного ответа на вопрос о выполнимости поставленной задачи. Правительственный ВЦИОМ опубликовал отчёт, согласно которому принять участие в голосовании намерены 78 процентов россиян. В том числе 61 процент респондентов заявил об этом с полной уверенностью («точно приму»).
Одновременно с этим обнародовал итоги аналогичного опроса признанный иностранным агентом «Левада-центр». По его версии, явка на голосование может составить 66 процентов (соизмеримый с подсчётами ВЦИОМ результат). Однако доля точно решивших голосовать респондентов почти в два раза ниже, чем у ВЦИОМ, – 33 процента.
Столь большой разброс невозможно объяснить ни погрешностями измерения, ни иноагентским статусом «Левады». Собеседники «Октагона» в данном случае говорят о влиянии внутриполитической ситуации в стране и проявлении кризиса социологии как науки.