В этом романе причудливо переплетаются миры, которые, казалось бы, не должны были пересечься вовсе. Викторианский Лондон с его промозглыми улицами, туманами и незыблемыми правилами хорошего тона становится ареной, где классические монстры европейского фольклора — вампиры, оборотни, оживающие портреты и даже Призрак Оперы — вынуждены играть по правилам человеческого общества.

Автор мастерски жонглирует литературными и историческими аллюзиями, превращая повествование в своеобразный коктейль из знакомых сюжетов. Дракула, Дориан Грей, Ирен Адлер, Ван Хельсинг — все эти имена служат не просто отсылками, а становятся строительными блоками для новой, самостоятельной конструкции. Интересно наблюдать, как автор переосмысляет природу этих персонажей: Дракула здесь не столько воплощение абсолютного зла, сколько древний аристократ с обостренным чувством семейного долга и чести; его юный племянник Аурель — скорее избалованный, но не лишенный обаяния юноша, страдающий скорее от скуки, чем от кровожадности.