Отец отвлекся теперь окончательно, поэтому у младшего эльфа было хотя бы немного времени прийти в себя. Боль с лица потихоньку уходила, потому что лицо обожгли недостаточно сильно. Руки продолжали болеть, но эта боль заслужена, она смывала грязь. Когда лицо прошло, эльф повернулся к остальным в уборной и стал слушать. Пытаться уйти сейчас — самоубийство. Но может.. Будет возможность, пока они говорят?