Сегодня стало очень модно противопоставлять философию и науку (речь, прежде всего, о естественных науках). Причем таким противопоставлением занимаются оба "лагеря".

Есть философы, весьма грамотные и глубокомыслящие, но в той или иной степени отрицающие способность науки познавать суть, отрицающие прогресс науки и прогресс вообще. Таким людям я обычно предлагаю полечить зубы без анестезии или добираться от дома до работы на лошади, ведь как развитие медицины, так и появление, например, метро - это проявления социального прогресса в целом, и научного в частности.

Но чаще можно встретить пренебрежительное отношение к философии со стороны ученых (физиков, биологов, а иногда даже и историков). И это действительно весьма частое явление: мол философия - это просто болтовня; есть конкретные науки - и вот они-то и открывают истину. По мнению таких людей, философия, возможно, была нужной и интересной 2000-3000 лет назад, когда науки как таковой не было, но теперь философия в познании мира имеет не большее значение, чем собирание марок или любое другое хобби.

В 99% случаев пренебрежительное отношение к философии, даже если оно исходит от доктора наук - это маркер поверхностного человека с узким кругозором, который, как правило, очень хорошо разбирается даже не в своей науке в целом, а в своей одной маленькой конкретной специализации и не более. Пренебрежительное отношение к философии - это всегда неспособность видеть целое, это мышление частями, кусками. Поэтому из таких людей могут получаться неплохие ученые-специалисты в узких областях, которые, прикрываясь своей ученой степенью, и отрицают какое-либо познавательное значение философии.

Между тем, практически любой великий ученый, особенно это видно в физике, это практически всегда философ по духу. Примеров много: М. Фарадей, А. Эйнштейн, Н. Бор и мн. др.

Высоко ценил философию В. Гейзенберг - величайший физик 20 века, Нобелевский лауреат, фактически один из создателей Квантовой физики в её современном виде. Он даже написал несколько философских произведений: "Физика и философия", "Часть целое", "Шаги за горизонт" и др. Особенно высоко В. Гейзенберг ценил Платона и Канта (последнего, кстати, весьма ценит, судя по всему, и наш отечественный набирающий популярность физик и популяризатор науки А.М. Семихатов: он никогда не называет имени Канта прямо, но часто произносит кантианские идеи и понятия). В. Гейзенберг считал, что развитие физики есть возвращение на новом уровне к идеям древних греков.

Вот несколько крайне интересных цитат В. Гейзенберга, позволяющих составить примерное представление о том, что он думал о философии:

"Иными словами, во всех сферах современной жизни, если только — систематически, исторически или философски — мы входим в суть дела, мы наталкиваемся на духовные структуры, восходящие к античности или христианству" (из книги "Шаги за горизонт").

"Вряд ли возможно продвинуться в современной атомной физике, не зная греческой натурфилософии" ("Шаги за горизонт").

"Понятие возможности, игравшее столь существенную роль в философии Аристотеля, в современной физике вновь выдвинулось на центральное место. Математические законы квантовой теории вполне можно считать количественной формулировкой аристотелевского понятия «дюнамис» или «потенция»" ("Шаги за горизонт").

"Если мы хотим сравнить результаты современной физики частиц с идеями любого из старых философов, то философия Платона представляется наиболее адекватной: частицы современной физики являются представителями групп симметрии, и в этом отношении они напоминают симметричные фигуры платоновской философии" (Из статьи В. Гейзенберга "Природа элементарных частиц").

И в следующем посте будет еще одна важна и самая длинная цитата В. Гейзенберга, которую я не смог ни обрезать, ни проигнорировать.