EDITH_xenpush

В самом Фонде Кверини Стампалья – новая постоянная экспозиция под названием «The Dreamer». С 5 мая 2026 года директор Фонда Кристиана Коллу показывает её как новое устройство музея, вдохновлённое снами и страстями основателя, Джованни Кверини Стампальи (он родился как раз 5 мая 1799 года), и его сестры Катерины.

Более 170 вещей из коллекции переставлены и поставлены в диалог с работами шести современных художников.

Принцип — сон и кино вместо хронологии. Коллу прямо ссылается на фильм «Чувство» Висконти, действие которого происходит в Венеции за несколько лет до смерти графа. Хронологии нет: залы следуют эмоциональной, прерывистой логике, и уже непонятно, кто видит сон — хозяин, посетитель или вещи, именно они вдруг выползли из своего музейного порядка и выстроились в фантасмагории.

Похоже на «перевёрнутое кино»: не зритель неподвижен, а сцены меняются, но наоборот, дом неподвижен, а тот кто смотрит крутит сцену за сценой как хочет. Вещи сгруппированы по темам, включая малоизвестные увлечения графа, например фехтование (граф был заядлым бретёром), а также времена года и природу.

Беллини стоит на мольберте из мастерской Скарпы (понять это можно только из аннотации, слишком тонкий намек, но в духе Висконти...), в зале с белыми чехлами Лука Джордано (не признала, очень темный, сомневаюсь до сих пор), при входе в анфиладу – призрак (сон?) сестры графа. Спальня лучше всего: картины читаются как цифровые панели – живописный сериал перед сном.

#путешествие

*Сполии (от лат. spolia, «трофеи») — фрагменты старых построек или скульптуры, заново использованные в новой архитектуре. Классический пример — античные колонны в раннехристианских базиликах. В Венеции это прежде всего константинопольские трофеи на Сан-Марко: тетрархи и кони. У Скарпы сполии — готический лев и капители, встроенные в сад как готовые фрагменты.

**Вера да поццо (vera da pozzo) — каменный оголовок колодца на венецианских кампо и во дворах. Под ним не колодец в обычном смысле (грунтовая вода в лагуне солёная), а цистерна. Дождевая вода уходила в неё через решётки в мостовой, фильтровалась через песок и поднималась в центральную шахту. До акведука 1884 года это был главный источник пресной воды в городе. Оголовки часто резные, с гербами и эмблемами.

Карло Скарпа (1906–1978)

Скарпа родился в Венеции, детство провёл в Виченце и вернулся в Венецию подростком, чтобы учиться в Академии художеств. Экзамена на звание архитектора он так и не сдал, поэтому формально архитектором не был: всю жизнь его называли «профессором», и он годами преподавал в венецианском IUAV.

Своей школой он называл муранское стекло. В 1930–40-е годы Скарпа руководил художественной частью мастерской Venini, и отсюда его обострённое внимание к поверхности, свету и стыку материалов.

Как для архитектора, Венеция стала его главным городом, причём чаще всего он работал внутри готового пространства. Он десятилетиями выстраивал экспозиции Биеннале, сделал Венесуэльский павильон (это постройка с нуля) и сад скульптур в Джардини, реконструировал залы Галерей Академии и музея Коррер, отделал магазин Olivetti на площади Сан-Марко, первый этаж и сад Кверини Стампалья.

Про него пишут как про гениального архитектора-реноватора, но его принцип не достраивание, а перечитывание. Он вставляет новое в старое так, что шов становится главным событием.

Скарпа умер в 1978 году в японском Сендае, похоронен он в комплексе Брион в Сан-Вито-д'Альтиволе под Тревизо, который сам построил.

Сад Карло Скарпы в Фонде Кверини Стампалья::::::

Фонд основан в 1869 году по завещанию графа Джованни Кверини Стампальи. Первый этаж палаццо XVI века долгое время пустовал из-за наводнений. В 1959–1963 годах, при директоре Джузеппе Маццарьоле, Скарпа переделал его вместе с внутренним двором.
Главное решение Скарпы — не воевать с водой, он пустил ее в атриум, а приподнятые дорожки позволяют пользоваться залами и в высокую воду. Палаццо работает как мембрана между каналом и двором.

В саду Скарпа делает обратное: тут царство пресной воды. Она капает из трубки в каменную чашу-лабиринт, заполняет отсек за отсеком и только потом попадает в узкий канал. Лабиринт замедляет воду и делает время видимым и слышимым. Канал с кувшинками тянется вдоль газона к старому колодцу из истрийского камня. В Венеции вера да поццо* закрывала дождевую цистерну и была знаком – здесь есть пресная вода. У Скарпы колодец, из которого воду брали, становится местом, куда она наоборот приходит, где собирается.
Сад устроен как большой вазон, который защищает землю от acqua alta. Можно сказать, что это модель города, то есть образ искусственной почвы на воде.

Кроме прочего, сад этот — типичный средневековый hortus conclusus, но с парадоксальной мечтой о японских садах. Но японское здесь книжное: в Японию Скарпа попал только в 1969-м году. Готический лев и капители — сполии**.

Целиком сад не читается. Сначала он виден в проёме бетонной стены, выходить в него в обычный день нельзя, только смотреть и прозревать сценарий: эпизод за эпизодом раскрывается «поэтика фрагмента». На самом деле, я видела этот сад уже дважды ранее, но проникновение... это как сон – Dreamy night – особая история.

Было темно. А ведь днем сад работает еще и как циферблат – солнце двигается по нему точно как вода течет, вторя ей о времени. Ночью же, с учетом любопытствующих, медитативная магия уединения была несколько нарушена... Но тон поездки я уловила – в этот раз курс на архитектуру.