Обвал 1929 года обрушил индекс Доу-Джонса на 48% всего за десять недель.

Но погубило людей вовсе не это.

Губительным для них оказался последовавший за этим рост рынка на 40%.

Пик был зафиксирован 3 сентября 1929 года на отметке 381,17; к 13 ноября индекс упал до 198,60.

А затем начался рост. От ноябрьского минимума индекс Доу поднялся примерно на 40% к апрелю 1930 года. Было объявлено об окончании паники, в заголовках писали, что худшее позади, и деньги снова потекли на рынок.

Окончательный минимум — 41,22 — был достигнут в июле 1932 года.

Это означает, что любой, кто купил акции на ноябрьском минимуме 1929 года (той самой нижней точке обвала, которая всем запомнилась), к моменту завершения падения оказался в убытке на 79%.

И вот важный момент, который почти никто не учитывает, поскольку внимание обычно ограничивается самим обвалом.

Первая волна падения выбивает с рынка тех, кто торговал на заемные средства. Этот процесс происходит быстро и механически; он не требует от участников смены настроений — брокер продает активы независимо от вашего согласия.

Последующий рост возвращает на рынок всех остальных. Он сопровождается заголовками о том, что худшее позади, и в моменте его невозможно отличить от полноценного восстановления.

Вторая волна падения уничтожает капитал, который вернулся на рынок добровольно.

От пика до дна индекс Доу потерял 89%. Чтобы отыграть падение на 89%, нужен рост на 809%. Не на 89%.

Именно эту цифру стоит держать в голове. Важно не то, сколько можно заработать, а то, какую ошибку вы можете себе позволить.

При падении на 20% для восстановления нужен рост на 25%. При падении на 50% — на 100%. При падении на 89% — на 809%. Почти никто не держит перед глазами эти цифры, когда определяет размер позиции.