Раньше я специально усложнял текст тем, что использовал самые разные слова, но не те, что наиболее привычны. Всегда хотелось выделиться, показаться интеллектуальнее и заковыристее — за счет лексики

Спустя года четыре, когда текст въелся в меня, как симбиот в Эдди Брока, начало отпускать. Так много лет словесной витиеватости сделали словесную витиеватость обыденностью — и даже способом по-своему называть вещи в мире

И тогда достучалось, зазвенело, засветилось: мысль нужно витиеватить, мысль же. Ведь чем больше в мысли карат, тем влиятельнее она оказывается, тем и слова круче, которые её составляют, и тем интеллектуальнее я кажусь в глазах дорогого читателя

А для вытачивания мысли уже недостаточно гуглить слова и их синонимы. Чтобы служить мысли, нужно тратить много мысли: погружаться в предметы, исследовать их, понимать, не понимать и ду-у-умать: как они связаны с миром, как перекликаются с моими интересами, почему нет игры, где ты типа грибок и прыгаешь на супермарио

Но и здесь, как мне кажется, я поднял несколько крупных кубков UEFA Champions League.

Дальше — продолжать впитывать мысли и, наконец, создавать свои. Протекает только двадцать пятый год жизни, моей собственной мысли ещё синтезироваться и накапливаться, синтезироваться и накапливаться, но уже — что-то, есть же что-то

Сотни изуродованных книг, тысячи загугленных слов и растёрзанных чужих мыслей, чтобы начать создавать свои. Сотни ошибок перед людьми, сотни тысяч на образовательные материалы и тысячи дней, чтобы почувствовать себя автором

Автором ж, автором р, автором т, автором м