🤩🤩
🤩🤩🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🤩🤩🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🤩🤩 ☁️☁️☁️☁️☁️☁️☁️☁️☁️
Последним спасением показался шкаф, в который она сразу же юркнула, стараясь не задеть полку над головой. Но едва она затаилась, как чьи-то пальцы сжали её запястье, и прежде чем Элли успела пискнуть, чужая ладонь мягко легла ей на губы.
— Тише, — прошептал знакомый голос прямо в ухо, и в ту же секунду рука соскользнула с её рта.
Абраксас.
Пульс сбился и застучал так громко, что он наверняка мог его слышать. Они стояли слишком близко — она чувствовала его дыхание у самого лба, тепло сквозь рубашку и не могла разобрать, где заканчивается её волнение и начинается его.
— Прости, — пробормотала она едва слышно. — Я не знала, что здесь занято. Я уйду…
— Не надо.
Его палец, чуть шершавый от тренировок, медленно обвёл тонкую кожу там, где билась голубая жилка, и по телу прокатилась непривычная слабость. Ноги словно перестали слушаться.
— Он услышит, — шёпотом добавил Абраксас.
Она не сразу поняла, кого он имел в виду, но, когда снизу донеслось глухое «девяносто девять», всё стало на свои места.
Оба замерли. Его прикосновение грело, и Элли на мгновение прикрыла глаза, позволив себе просто быть здесь, рядом с человеком, с которым не нужно ничего изображать. Красивый, внимательный, настоящий… Всё правильно. Всё так, как должно быть. Только вот внутри почему-то скребло, и виноват в этом был точно не Абраксас.
— Тебе некомфортно, — он произнёс это как очевидный факт.
Наверное, в этот момент Элли была благодарна непроглядной темноте за то, что Абраксас не мог увидеть её лица.
— Я должен был сказать тебе раньше, — продолжил он глухо. — То, что случилось в поезде… Я говорил, что это было ошибкой. Но солгал. Солгал самому себе. Ты мне нравишься, Элли. По-настоящему. И я не могу ничего с этим поделать, как бы ни пытался.
Слова повисли между ними. Элли стиснула зубы, ощущая, как внутри всё путается и сжимается до боли.
— Абраксас… — в этом имени было столько растерянности, что оно прозвучало скорее как просьба о пощаде.
— Ты не обязана ничего говорить, — деликатно перебил он. — Я просто хотел, чтобы ты знала.
Он заслуживал ответа, заслуживал такой же честности. Но что она могла сказать? Что живёт одним днём, потому что не знает, будет ли следующий? Что иногда просыпается среди ночи и не может понять, какой сейчас год? Что в её жизни слишком много неизвестного, чтобы добавлять туда ещё и чувства?
— Я не могу разобраться в себе, — сдавленно произнесла она наконец. — Во всём этом. В том, что чувствую. Мне кажется, я запуталась настолько, что уже не вижу выхода.
Ладонь медленно соскользнула с её запястья. Теперь всё зависело только от неё.
— Ничего. Ты разберёшься. Я уверен.
В его словах не было ни капли обиды или упрёка, и от этого почему-то стало ещё тяжелее. Элли благодарно выдохнула и подалась назад, пытаясь вернуть себе хотя бы иллюзию пространства. Спина уткнулась во что-то мягкое, вешалки качнулись и тихо стукнулись друг о друга.
— Чёрт… — она зашипела от неожиданной боли в затылке. — Кажется, я зацепилась за что-то.
Попытка освободиться только ухудшила положение, натянув прядь ещё сильнее.
— Подожди-подожди, не дёргайся, — Абраксас тихо усмехнулся. — Давай я попробую помочь.
Он потянулся за её спину, пытаясь нащупать место, где запутались волосы. Его лицо оказалось так близко, что она смогла различить очертания скул и подбородка, ощутив влажное дыхание рядом с виском. Пока пальцы терпеливо разбирали узел, ткань его рубашки невзначай касалась шеи, и она, сжав кулаки, изо всех сил старалась удержать спокойствие и не поддаться дрожи, пробежавшей вдоль позвоночника.
— Ещё чуть-чуть, — выдохнул он.
Сначала она заметила тонкую полоску света, просочившуюся в щель между дверцами. Потом створка распахнулась, заставив рефлекторно зажмуриться от рези в глазах и отвернуть лицо.
🌟🌟
🌟🌟
