Пригожин, тем самым, считает, что все остальное, видимо, не боеспособно. Продолжает гнуть свою линию. Он фактически создал внутренний контр-легион - если вспомнить тот самый, что орудует на Белгородчине. И в чем-то он оказывается большим знатоком Белого дела, чем его визави Стрелков. Колчакия, как есть Колчакия, где по-настоящему дрались только добровольцы.