Япония, возможно, только что тронула одну из самых больших мин замедленного действия на глобальном рынке.

Из Японии пришел потенциально важный сигнал: за закрытыми дверями обсуждаются договоренности по обеспечению нефтяных поставок. Самая интересная часть этой истории, возможный расчет за часть нефти в иенах вместо долларов. Пока это именно сценарий, а не подтвержденный переход всей торговли нефтью на иену.

Почему рынок вообще должен нервничать? Япония покупает огромные объемы энергии за рубежом. Когда нефть оплачивается в долларах, японским импортерам нужны доллары, а значит возникает постоянный поток конвертации иены в USD. Если хотя бы часть этого спроса исчезает, исчезает и часть структурного давления на иену.

Слабая и дешевая иена годами была топливом для carry trade: занять под низкую ставку в Японии, продать иену и купить актив с более высокой доходностью где-нибудь еще. Эта конструкция прекрасно работает, пока иена остается слабой, а японские ставки низкими. Если иена резко укрепляется, математика начинает работать против трейдера. Позиции приходится закрывать, то есть продавать купленные активы и выкупать иену. Чем сильнее иена, тем больше закрытий. Чем больше закрытий, тем сильнее иена.

Небольшую версию этого механизма рынок уже увидел в августе 2024 года, когда резкое укрепление иены совпало с масштабным unwind carry trade. Теперь потенциальная проблема в том, что доходности в Японии уже значительно выше старых нулевых уровней. Если к этому действительно добавится структурное снижение долларового спроса со стороны японского энергетического импорта, старый yen carry получает удар сразу с двух сторон.

Но фраза “oil priced in yen = конец carry trade” слишком красивая, чтобы принимать ее без доказательств. Ключевой вопрос не в том, появятся ли отдельные сделки в иенах. Вопрос в масштабе: какая доля японского нефтяного импорта реально перейдет на расчеты в JPY и будут ли продавцы нефти держать эти иены, а не сразу менять их обратно в доллары.

Вот за этим и стоит следить. Потому что если поток действительно станет большим, история будет уже не про нефть а про то, что происходит, когда одна из крупнейших funding currencies мира внезапно перестает быть такой дешевой.