Минувшим днём ЦИК России утвердила порядок проведения электронного голосования, на самом деле имеющий отношение к голосованию только в Москве. При обсуждении документа заместитель председателя Н.И. Булаев не нашёл отличий между комплексами электронного голосования (КЭГ) и московскими терминалами электронного голосования (ТЭГ), применявшимися при проведении ДЭГ в Москве. Московские ТЭГ были представлены Булаевым как новые КЭГ. “Внешне вообще никаких отличий для избирателя нет”, - заявил он в своём выступлении.

На самом деле Н.И. Булавев ввёл всех в заблуждение. Отличия завоевавших доверие КЭГ от московских ТЭГ видны избирателю, они принципиальные и в худшую сторону настолько, что вызывает серьёзные опасения за безопасность избирательной системы России. Более того, эти отличия следуют и из порядка применения КЭГ, которого Н.И. Булаев не мог не знать. Приведём эти отличия.

1. В КЭГ предусмотрена бумажная лента, представленная лицом к избирателю, на которой печатается сделанный избирателем выбор. С помощью этой ленты избиратель имеет возможность проверить, что машина приняла его голос без искажений. Более того, процедурно, избиратель обязан проверить это соответствие и нажать на подтверждающую кнопку. Затем, по этой ленте, проверенной и подтверждённой избирателями, по сути бумажному следу, аналогичному оригинальным бумажным бюллетеням, члены комиссии и наблюдатели могут объективно проверить электронный результат. Специальных технических знаний для этого не требуется.

В московских же ТЭГ принтер спрятан внутри конструкции и избиратель не имеет возможности сверить своё волеизъявление с результатом, напечатанным на бумаге. Проверка ТЭГ избирателями и комиссиями не предусмотрена ни конструкцией ни нормативными документами ЦИК. Более того, по свидетельствам немногих очевидцев, которым чудом удалось заглянуть внутрь непрозрачного ящика терминала, напечатанные ТЭГ квитанции вместо фамилий кандидатов содержат псевдослучайный набор букв и цифр и по ним проверить устройство на практике невозможно. Таким образом, с помощью изготовленных по заказу московских властей ТЭГ злоумышленники могут прибавлять или изменять волеизъявление в пользу любого из кандидатов без оставления следа для избирателей, членов комиссии и наблюдателей.

2. При применении КЭГ ведётся бумажный список избирателей, который конструктивно никак не связан с самим комплексом. Возможность голосования избирателю обеспечивается с помощью карты со случайным, не связанным с фамилией избирателя номером, которую избиратель самостоятельно выбирает из общей стопки. Это было сделано не случайно, а для того, чтобы участники выборов смогли убедиться, что обеспечивается тайна голосования. 

В Москве же для получения доступа к бюллетеню избиратель прикладывает к ТЭГ свой паспорт. Таким образом, конструктивно персональные данные и волеизъявление московских избирателей могут собираться вместе и тайна голосования может быть нарушена. Объективно убедиться в соблюдении тайны голосования с помощью ТЭГ участникам выборов невозможно.

3. КЭГ это автономный от сети Интернет комплекс и таким образом защищён от онлайн-управления и сбора данных злоумышленниками.

Московские же ТЭГ конструктивно подключены к сети Интернет и могут использоваться для скрытого управления, подмены волеизъявления избирателей и получения результатов голосования до подведения итогов. Объективно убедиться в защите московских устройств участникам выборов невозможно.

4. По международной классификации КЭГ относятся к машинам электронного голосования с системой VVPAT, с помощью которой избиратели и другие участники выборов, не обладающие специальными техническими знаниями, могут проверить электронный результат с помощью бумажной ленты или чеков.

Машины с VVPAT широко используются в мире, в частности в США и Индии и достаточно хорошо себя зарекомендовали для обеспечения легитимности выборов.

Московский же ТЭГ относятся к небезопасным машинам электронного голосования типа DRE, без VVPAT, которые в мире запрещаются законодательно.