— Пришли за Афанасием! - разносится по ветклинике по громкой связи с пункта администратора. Я жду, что вынесут умильного кота, но Афанасий оказывается вовсе даже собакой - карликовым пуделем цвета какао с молоком. Пока хозяева воркуют над пациентом, к стойке на руках хозяйки прибывает донской сфинкс, завернутый в палантин, с собранным в хитрую драпировку лбом и взглядом, как будто от окружающей действительности ее немножечко тошнит.
— Анфиса пришла на вакцинацию!
Моя котеевна провожает взглядом новоприбывшую и даже перестает дышать по-собачьи, высунув язык, прижимается пушистой щекой к моему запястью, но так, затылком ко мне, потому что мать должна понимать, как ребенка обидела и напугала, и вот так сразу никто никого прощать не собирается, особенно бритое пузо и бинт на лапе.
— Пришли за Лёлей!
Пришли-то пришли, но у Лёли что-то серьезное, она нуждается в продлении стационара для больных средней тяжести. Двое брутальных дочерна загорелых мужчин в шортах, услышав стоимость, переминаются у стойки.
— А чего-то типа кредита доверия у вас нет? - с надеждой спрашивает один. Получив отрицательный ответ, вздыхает:
— Да не, это я так... ну - на всякий случай... Ну надо - значит надо, что ж...
Лёля остается в клинике.
Господи, храни всех наших пушистых, и хозяев их - тоже храни...