Forwarded from ninminchi / немного растерянная Нина (Nina Minchyonok)
Также! Необходимо рассказать про прекрасную бариста Ольгу в Правде (кофе) напротив. После пожара все кофейни исчезли, осталась только ПРАВДА. И к этой ПРАВДЕ стекается весь район. Ольга помнит всех, а если это супер частый клиент (например, я), то увидав оного еще в конце очереди, заранее подготавливает стаканчик, пока припеваючи, с нереальной скоростью варитжаритпарит еще 10 капучин и латт. Когда я прихожу к ней в 7 утра в патчах, Ольга спрашивает «добр бобр, пятунечку?». Под пятунечкой она подразумевает капучино 0,5, ибо она тоже приколистка и запоминает глоссарий, который я ей приношу: «пятунечка, четырочка, качупино, мача пикча и т.д». Также, она мне рассказала, что сейчас перечитывает Бредбери и когда большой поток клиентов, в свободную минутку, делает зарядку за стойкой. Когда же я вижу, что она курит у кофейни, издалека ей жестикулирую «курите-курите». Как бы я не опаздывала, для меня очень важно, чтобы она докурила свою сигаретку. (Простите меня, опаздуна!) Миша плюется, когда пьет ее кофе, а для меня он самый-самый вкусный. Теперь я с трудом пью кофе в каких-то фирменных кофейнях, ибо ее самый вкусный. Когда у нее выходные, два раза в неделю, я грущу.
Forwarded from ninminchi / немного растерянная Нина (Nina Minchyonok)
Одно из любимых дел - желать продавщицам в ароматном мире спокойного вечера. Перед час пиком - 22:15 - им это особенного необходимо. Иногда я просто размышляю о том сколько всякого они повидали за время работы в этом ароматном мире - горячая точка на метро Аэропорт. Сколько злых и добрых людей. Сколько историй у них накопилось, сколько школьников без паспорта и мужланов пыталось их обмануть. Когда выдается свободный вечерок или я прихожу пораньше, они мне даже что-то рассказывают. А главное - сколько несчастных людей они повидали в час «ПИК».
мне не нравится что-то приурочивать к общему и большому, но есть ощущение, что, если где-то люди говорят так много о войне, продолжают эту войну, все войны, и даже не собираются останавливаться,
значит, нужно говорить о мире всеми возможными способами, делать что-то, чтобы этого маленького и большого слова, этого понятия, этого самого человеческого, что в нас есть, было больше.
Много мыслей накопилось в связи с тем, что сегодня День памяти жертв Холокоста.
Из внимания не ускользает ироничность того, что в этом году он наступает в день православной Пасхи, праздника победы жизни над смертью. Жизнь может победить смерть, но для этого нам важно помнить, что никакие лозунги и знамена не могут оправдать насилия, жесткости и смерти. В насилии и в смерти все однозначно.
Никогда больше это сейчас. И тут речь обо всем сразу: о заложниках, о 7.10, о Газе, об Украине, о России и о многом другом, что привлекает меньше моего внимания ибо я не в том контексте. Сейчас и везде. Я очень хочу, чтобы люди жили.
В праздник жизни, в День памяти жертв, мне хочется только думать о том, что «Последний же враг истребится — смерть»