«42 года назад, руководствуясь причинами вне моего понимания, Дэвид Линч вытащил меня из безвестности, чтобы снять в своем первом и последнем крупнобюджетном фильме. Он увидел во мне что-то такое, чего не видел даже я. Я обязан ему и его видению не только всей своей карьерой, но и жизнью.

Я увидел в нем загадочного и интуитивно ведущего себя человека с творческим океаном внутри своей души. Он был в контакте с чем-то, что многие из нас хотели бы познать. Наша дружба расцвела на «Синем бархате», затем на «Твин Пикс», и я всегда считал его самым настоящим и живым человеком, которого я когда-либо встречал.

Дэвид был в гармонии со вселенной и собственным воображением на уровне, который позволяет быть лучшей версией себя. Его не интересовали ответы, поскольку он понимал, что вопросы — наша движущая сила, именно они и делают нас теми, кто мы есть. Они — наше дыхание.

Мир потерял выдающегося художника, а я потерял своего дорогого друга, который дал мне будущее и позволил находиться в мирах, без него мне абсолютно не представляемых. Я по-прежнему вижу Дэвида — встающим, чтобы поприветствовать меня на своем заднем дворе, со своей теплой улыбкой, крепкими объятиями и голосом, который напоминает звук Великих равнин. Я вижу наши разговоры о кофе, радости неожиданного, красоте мира и смешном.

Его любовь ко мне и моя к нему произошли из космической судьбы двух людей, увидевших лучшее друг в друге. Я буду скучать по нему больше, чем способны выразить мой язык и мое сердце. Мой мир однажды стал гораздо более полным, когда я узнал его, и гораздо более пустым сейчас, когда его больше нет с нами.

Дэвид, я остаюсь навсегда изменившимся человеком, навсегда твоим Кайлом. Спасибо за все».