Что не так с «дружбой» России и Узбекистана?

Пока официальные лица радостно рапортуют о нерушимом стратегическом партнерстве, подписывают меморандумы и пафосно анонсируют «Перекрестные Дни культуры» на март 2027 года, реальная жизнь подкидывает жесткие вопросы.

Попробуйте отправить деньги из узбекского банка в Россию. Открываешь мобильное приложение, ищешь список зарубежных стран получателей, а России там... просто нет. Вычеркнули. Забыли. Стерли.

Как так вышло, что за красивым фасадом из гастролей и выставок рушатся базовые экономические мосты?

Давайте разбираться! 🤔

Нам любят называть красивые цифры: заявлено российских инвестиций аж на $40+ млрд (4 трлн рублей), строим АЭС, запускаем проекты.

Но если убрать бумажные обещания и посмотреть на живые деньги за первую половину 2026 года, картина становится тревожной.

Структура реальных иностранных инвестиций в Узбекистан выглядит так:
• Китай — 47%
• Россия — 7,4% (для сравнения: в 2024 году было 16,4%)
• Турция — 6,6%

Россия стремительно теряет позиции. Пекин поглощает инвестиционный рынок Узбекистана, забирая под себя почти половину всех вливаний.

Российский бизнес дома зажат космическими процентными ставками, кредитовать зарубежные стройки в прежних объемах мы просто не можем. Мы проигрываем Китаю битву дешевых и быстрых денег.

То, что Россию убирают из банковских меню в Ташкенте — это не технический сбой. Это осознанный, холодный прагматизм и страх.

Узбекские банки панически боятся потерять доступ к доллару и системе SWIFT. Чтобы не прилетело от американских и европейских регуляторов, они просто «прячут» Россию из интерфейсов своих приложений.

В августе 2026 г местный Центробанк врубил жесточайший запрет на переводы свыше $800 и окончательно заблокировал P2P-переводы через открытые сайты.

Поэтому в графе «Прямой международный перевод» нас для многих банков официально не существует. Деньги приходится гонять по обходным «партизанским» каналам или выжившей под санкциями «Золотой Короны», мирясь с двойными конвертациями и лимитами.

Встречи руководства Национального центра «Россия» и Центра исламской цивилизации проходят тепло.
Звучат правильные слова: «за каждым достижением стоят люди», «общие традиционные ценности», «семья, любовь к Родине». Москва искренне пытается удержать соседа в своей гуманитарной орбите, давая площадки под узбекские культурные дни.

Но Ташкент ведет себя как классический прагматик. Население республики перевалило за 38 млн человек. Им жизненно необходимы рабочие места и миллиарды долларов.

И если Россия из-за санкций и внутренних экономических вызовов не может дать эти деньги в нужном объеме, Узбекистан без колебаний берет их у Китая.

В результате — дружба дружбой, Дни культуры по расписанию, но узбекский банкинг голосует за собственную безопасность и доллар, оставляя Россию за бортом своих официальных цифровых систем.

И последнее.
Особый градус этому финансовому абсурду придает то, что Россия на этом фоне занимается чистой благотворительностью.

Мы полностью за свой счет строим в Узбекистане 9 ультрасовременных мега-школ (в Самарканде, Намангане, Бухаре и др. городах), причем это не просто типовые коробки, а образовательные комплексы высочайшего уровня: с бассейнами, огромными стадионами, передовыми IT-классами и новейшими научными лабораториями.

Проект финансируется «под ключ» из российского бюджета — от проектирования до полного оснащения и учебников.

Добавьте сюда огромные ежегодные квоты на бесплатное обучение узбекских студентов в вузах РФ, и получится поразительный геополитический бартер.

Москва дарит Ташкенту миллиардную инфраструктуру и дипломы мирового уровня, разгружая их внутренний бюджет, а в ответ получает трусливое вымарывание слова «Россия» из узбекских банковских приложений ради одобрения Запада.

Пожалуй, пора переходить от односторонней щедрости к жесткой взаимности: сначала — работающие финансовые шлюзы для наших граждан и бизнеса, а уже потом — бесплатные школы и квоты.

Пора перестать кормить себя иллюзиями о «вечном союзе» там, где правит чистый экономический расчет.

Источник