Мы дошли до последнего вагона, я провожал маму на поезд. На перроне заметил женщину с собакой без переноски. Подумал: вот если их на поезд не возьмут, забрал бы я собаку у них, отправил бы потом им в город пса в багаже без сопровождающего, так делают. В итоге мама, как и все другие пассажиры, на поезд сели, а эта женщина с собакой не села. Вместе с ней не сели на поезд её дочь лет 20 и годовалый ребёнок в коляске. И два тяжелых чемодана и куча рюкзаков с чипсами и овощами в дорогу.

Объяснил им, что просто хочу помочь и довести им чемоданы до выхода. Но за сто метров перрона стало понятно, что эта семья бедолаг, и раз у меня есть свободное время, то могу и до кассы вокзала дойти с ними. Билеты с потерей денег можно вернуть на кассе, даже если поезд ушёл, а ты не сел. Подождал полтора часа с ними очередь. Гладил спаниеля Бетти, сходил купил ей и семейке воды. Не захотело РЖД возвращать им деньги сразу, потому что проводник поезда отметил в системе, что пассажиры не просто не пришли на поезд, а они сели, а потом он как бы снял их с поезда за нарушения. Менеджер кассы не мог дозвониться до начальника поезда для выяснения обстоятельств. Видно, денег на такси у этих людей нет, они и так за две тысячи доехали до вокзала. Сажусь в час-пик с ними в метро со всеми вещами и собакой. Еду с ними в Бибирево. На пересадке с метро на автобус устал и думаю, зачем мне это. Довёз их до дома, поднял чемоданы к лифту и пошёл домой. Четыре часа молчаливой помощи людям, которые ошиблись. Дешевле было бы им такси заказать.

Когда я по пути сказал женщине, что была у меня шальная мысль взять у них спаниеля Бэтти на перроне, а потом доставкой отправить, она два раза спросила полушутя: "Ну а что же вы не сделали так?" Иди-ка ты нахрен, Ирина, думал я.

После этой истории я чувствовал себя и большим эгоистом, и дурнем. В момент усталости и на обратном пути подскользнулся и ступил на дорожку гордыни, спрашивал бога: "Ты же видишь? Я же просто так это делал. Дай мне что-нибудь!" Рассказывать об этом не хотел, потому что вывод был неочевиден, а герои скучны.

Через три дня история дооформилась пьяным Алексеем. Возвращаясь ночью с работы с гитарой на плече, в широких брюках в полоску и поло с коротким рукавом (я был красив), недалеко от дома увидел, как мужчина в попытке сделать шаг вперёд делает влево и с каждым шагом ближе к земле. Я помог ему подняться и спросил, куда ему нужно. Мужчина был похож на человека, которому нужна помощь. Потому что был очень пьян. Видимо, он испугался, что я могу ему навредить, и стал махать рукой, грязной от падения, проезжающим такси. Я напомнил, что сейчас так такси не ловят. Мужчина сказал, что ему нужно к метро. Я предложил проводить. Мы взялись под руки и пошли.

– Алексей, я должен узнать. Вы сейчас пьяны?
– Да, я пьян. Как вас зовут?
– Давид
– О-о… Знаете, знаете ли… – Алексей полминуты собирал слова по голове, но, видно, все обронил и сказал, – продолжим путь.

На полпути к метро Алексей остановился, развернул нас и сказал, что нужно обратно. Я включил тон инспектора и уточнял, помнит ли он, куда ему нужно. Он знал, и, видимо, это снова была проверка. Алексей показал рукой с обрубленными пальцами в сторону, где дом. Мы продолжили путь.

– Вот здесь я вас встретил и помог подняться, помните?
– Помню. Знаете, зна-аете… я так, так благодарен вам. Я… не знал, что так может… Скажите, как я могу вас отблагодарить?
– Вернитесь домой и выспитесь, мне будет приятно

Речь Алексея, которую я уложил в одно предложение, растянулась минут на 5. Чтобы не морочить ему голову, я вообще старался не говорить лишних слов, кроме: "держитесь меня / давайте передохнём / сколько нам ещё идти / аккуратно, Алексей"

Поверив мне, но не до конца, Алексей попросил недалеко от дома оставить его, он сам дойдёт. Нам суждено было встретиться через полминуты. Я наблюдал, как он идёт до дома, и прямая дорога исказилась пьяной походкой.