Чем больше появляется подробностей о последних днях Кравченко на посту генпрокурора, тем отчётливее начинает вырисовываться возможная логика произошедшего.

Первоначальный замысел мог быть довольно рациональным. Подозрения руководителям НАБУ и САП были согласованы с Офисом президента. Смысл заключался в том, чтобы создать симметричный конфликт: вы предъявляете подозрения нашим — наши предъявляют подозрения вам.

Логика знакомая: сначала две башни власти получают возможность нанести друг другу максимальный ущерб, после чего появляется президент и сообщает, что государство не может быть заложником внутренних конфликтов.

Примерно так Зеленский уже действовал в похожих ситуациях: не выбирать победителя, а ликвидировать сам конфликт вместе с его участниками. Последний пример — увольнение Федорова и Сырского.

Но где-то между замыслом и исполнением что-то пошло не так. Возможно, руководители НАБУ и САП на встрече с Зеленским объяснили ему возможные последствия такой комбинации. А возможно, Кравченко начал исполнять задуманное настолько топорно, что на Банковой просто поняли: тема не взлетает и лучше отпрыгнуть подальше.

И вот тут вместо Макиавелли начался Гоголь: купировать позор отправляют главу «Укрпочты». Поэтому заявление Смилянского о том, что «попри певну правову невизначеність» почта будет действовать «в чіткій відповідності до законодавства», смешно сразу на двух уровнях: и как по-дебильному написанный текст, и как печальный итог интриг Зеленского.