514. Карин Бойе “Каллокаин”

Как и многие, я открыла для себя восторги антиутопий еще в школе, когда мы читали “Мы” Замятина. Как и у многих, потом пошли потоки всяких оруэллов/хаксли и проч. и проч. Последние лет 5 я не читаю антиутопии, потому что… ну, все и так понимают. Кому нужна антиутопия, когда у тебя антиутопия под носом каждый день. (Как раз только что сейчас обсуждали метания и чаяния “суверенного интернета”.)

На чтение Бойе меня сподвигла смесь случайных обстоятельств и воспоминание о том, что я когда-то год или два назад собиралась прочитать “Каллокаин”, но его не было в бумаге ни на одном книжном сайте. Решение нашлось само собой: я зашла в Storytel, а он мне предложил послушать этот роман. Ну, кто ж откажется? Вот и я не устояла.

В прекрасной Империи живут очень сознательные граждане, у которых все всегда хорошо, а если не хорошо, то они собираются с духом, мужаются и делают так, чтобы было хорошо. Государство все время их поджимает, все чувствуют, что скоро война, все сидят и терпят, потому что так надо. Вечерами они каются по радио о том, что что-то сделали не так. “Черный воронок” может нагрянуть в любую секунду, кто-то где-то всегда может капнуть на соседа, мужа, жену, ребенка, коллегу.

Главный герой, ученый Лео Каль, изобретает препарат, который способен развязать язык любому. Этакий Veritaserum для тоталитарного государства: один укольчик и несчастный расскажет о всех своих проблемах, начиная с потенции и заканчивая идей взорвать к чертями все это треклятое шапито под названием Империя. Но, как и следовало ожидать, что-то пошло не так. Причем с самим Калем.

Бойе закончила роман меньше чем за год до самоубийства, а писать начала после того, как побывала в 30-е годы в Союзе и в Германии. Нахватавшись впечатлений, она села за перо, чтобы описать направление, куда катится мир. В качестве философской основы для изобретения и существования каллокаина она подводит самый известный фрагмент из “Братьев Карамазовых” - притчу о Великом инквизиторе, основная идея которой заключается в том, что свобода никому не нужна, что люди рады не иметь свободу, потому что не знают, что с ней делать и куда девать.

“Каллокаин” с одной стороны - самая типичная антиутопия с большим братом, надзорными инстанциями, законопослушными и не очень гражданами, со своей идей всеобщего государственного счастья. А с другой - есть в ней что-то женское. В хорошем, конечно, смысле слова. В ней чуть меньше о системе и педантичном выстраивании иерархии, и чуть больше о душе, любви, материнстве, семье.

Тут сталкивается мужской взгляд и женский на то, каким должно быть государство: взгляды Лео Каля и его супруги, которая должна отдавать детей государству. Для ее мужа - это долг, а для нее - кошмар. Здесь встает сквозная для всей мировой культуры история: отцу все равно, главное, чтобы сын долг выполнил. А матери наплевать на долг, она этого сына рожала не для того, чтобы кто-то сделал из него пушечное мясо во имя абстрактного патриотизма, который нужен только тем, у кого в руках власть.

Вот об этом “Каллокаин”. Хорошая книга, небольшая, пронзительная и очень-очень обидная. Читаешь и прямо обидно.

29 июля 2021