На вопросы драматургического блица о работе над «Шут-кой» отвечает Александра Пинеккер

Привет! Представься: кто ты и какой у тебя литературный опыт?

Шалом всем👋
Я – Саша Пинеккер, человек, самый стильный помощник режиссера Кировского района в Питере, начинающий драматург и немного художник.

Наверное, мой путь в драматургию стал логическим продолжением, ведь первое мое образование режиссерское. Получалось неплохо разбирать пьесы, потом захотелось писать их и самой.

Еще, начиная с детских лет, я постоянно что-то сочиняла, всякие стишки, небольшие истории. Так что литература уже давно является частью моей повседневности.

О чем твоя пьеса, что ты хотела сказать?

Главный вопрос, который задает моя пьеса: «Человек - это функция или человек - это человек?». Люди так часто оценивают себя через призму того насколько они исполнительны и полезны на рабочих местах, в социальных ролях, что в большей степени стараются ради кого то, не всегда зная, а что они для СЕБЯ конкретно хотят. Человек гораздо больше чем его статус, должность и т.д. Человек обязан заботится о себе и ни одна профессиональная сфера не достойна того, чтобы ради нее унижаться, лизать пятки и быть нищим. Об этом моя пьеса.

Как проходила работа на пьесой: тяжело ли было собирать материал, какими методами ты пользовалась?

Мой герой сам по себе ну очень интересная личность и брать интервью было сплошным удовольствием. Но материала в итоге получилось ТАК много, что нужно было придумать решение более концептуальное, чем форма монолога, например. Ибо было сильно душно. В итоге историю героя я поместила в суд, где адвокат, прокурор разбирали дело о подсудимом (самом герое). Сцены с судом сменялись сценами «возле моря», что бы показать главного героя в своем естественном виде. Также я добавила персонажа Шута, как альтер-эго главного героя. Еще ремарка выступает как важный выразительный элемент пьесы, работающий на атмосферу. Пьеса получилась полудокументальной, полухудожественной. И это хорошо.

По какому принципу ты выбирала героя? Чем он тебе интересен, что хотелось о нем рассказать?

Выбирала по принципу: «Что болит лично у меня». И так получилось, что у моего героя боли были похожие, поэтому получилось честно. Я не ставила задачу поднять важный социальный вопрос, я ставила задачу рассказать о боли человека, которою понимаю, а главное показать героя, который выбрал ЖИТЬ своими мозгами, а не соответствовать чьим-то там «высоким» идеям о несбыточном прекрасном мире ради которого нужно костьми лечь и в огонь зайти из чувства долга.

Как ты считаешь, может ли драматург привносить художественные элементы в док пьесу, менять и перемонтировать диалоги/монологи, добавлять собственное ви́дение в рассказ донора?

Конечно, может, даже должен. Это его прямая работа – делать текст «рабочим», интересным, сценически выразительным. Если не будет художественной обработки , в чем тогда будет отличие между документальной пьесой и мемуарами или личным дневником? Драматург по моему мнению имеет право с любой историей делать, что захочет, но по-хорошему нужно получить разрешение у донора на полную свободу. Чтобы избежать каких-либо проблем. И, конечно, сам драматург должен быть «в теме», и вносить изменения тонко и со вкусом, даже глобальные. Иначе смысла работать с документом и вовсе нет.

Как тебе кажется, все получилось? Ты сказала все, что хотела?

Не все получилось на 100%. Все линии, которые я выстроила в пьесе, могли бы быть еще более выразительными и цельными на мой взгляд. Но, что касаемо стилистики текста, темпоритма и атмосферы, тут я довольна.

Понравилось ли тебе режиссерское воплощение твоей пьесы?

Учитывая, что я сама выступила сорежиссером пьесы, конечно, довольна😀. Мне было важно принять участие в постановке и я рада, что режиссер был не против работать вместе. Он дал ровно столько свободы, сколько было нужно для реализации всех моих стилистических решений. Сам же в свою очередь грамотно исключил лишнее. Мне повезло, в моей пьесе играли профессиональные артисты и за постановку отвечал профессиональный режиссер. Было правда очень здорово работать над всем этим.