Ꮳτεჶคӈ Ꮳτթ∌ӈ∂җ: “Стефан едва заметно вскинул бровь. — Не думаю, что я бы удивился,

Стефан едва заметно вскинул бровь.

— Не думаю, что я бы удивился, — сказал Стрэндж. — Либо он научится на своих ошибках, как это когда-то сделал я, либо натворит дел... И с его упрямством и слепой уверенностью в собственной правоте более вероятным кажется второе.

Но что бы не произошло на Земле-838, Стефан, разумеется, не допустит повторения этого здесь. Если будет необходимо, он сможет противостоять этому варианту себя. А если нет — у него есть союзники, на которых он может положиться.

— Или видел, или слышал о них, — ответил Стефан. — И я почти уверен в том, что из моей родной вселенной здесь почти никого нет. Вонг, Бэтс и Зельма — единственные, в ком я уверен, но все они из другой временной линии.

Немного подумав, Стефан добавил:

— Все остальные, кого я встречал, знакомы мне только по вариантам себя из моей вселенной. Уже не единожды случалось так, что я знал их, а они меня — нет.

Стефан нахмурился. Было неприятно понимать, что боевые товарищи, доверявшие ему свои жизни, даже не знали, кто он такой, но он уже привык к этому и научился разграничивать варианты людей. В каком-то смысле возвращение к относительной безызвестности было даже полезным, пусть и далеко не во всех ситуациях. В любом случае, те, кто действительно нуждался в его помощи, так или иначе находили его.

— Конечно, я не исключаю того, что мог упустить некоторых людей. Определить принадлежность человека к его изначальной вселенной возможно только в первое время его появления здесь — после он окончательно "привязывается" к этой вселенной, и выяснить что-либо не представляется возможным.