Ꮳτεჶคӈ Ꮳτթ∌ӈ∂җ: “Стрэндж тихо хмыкнул, когда она рассказала о своем кельтском происхожд…”

Стрэндж тихо хмыкнул, когда она рассказала о своем кельтском происхождении, и ещё раз осмотрел чашку. Затем он повел руками, используя заклинание для укрепления рук — хотя перчатки и скрывали дрожь, меньше она от этого не становилась, а разбить кружку не хотелось. При этом он внимательно наблюдал за реакцией Древней. Испытывал ли известный ей Стефан те же проблемы?

— Древний был мужчиной тибетского происхождения и выглядел... Не так молодо, — сказал Стрэндж. — Полагаю, всё это сбивает меня с толку.

Стефан сделал небольшой глоток чая, обнаружив, что на вкус он точно такой же, как и тот чай, что делал Древний. Это приятно удивило его. Ответ колдуньи он слушал внимательно, нисколько не удивляясь и не возмущаясь услышанному.

— Ну, это не худшее, что мне говорили. На самом деле, по сравнению с обычными словами в мой адрес это даже почти приятно.

Стефан наблюдал за тем, как Древняя бросила незавершённые слова о многочисленных учениках, но не стал давить, понимая, что она всё равно ничего ему не скажет. Стрэндж не мог сказать точно, чем она отличалась от Древнего в этом плане. Яо оставил магам Земли огромное наследие. Он обучил учеников, те обучили своих учеников, и таким образом все так или иначе обязаны своими знаниями Древнему — это Стефан помнил прекрасно, и за это безмерно уважал своего наставника.

Он надеялся, что Вонг выяснит что-нибудь у мастеров Камар-Таджа. Раз Древнюю приняли спокойно, словно так и надо, Камар-Тадж должен был измениться вместе с ней.

— Вонг преподаёт домоводство в академии Стрэнджа, — ответил Стефан. — Но это не основная его работа. Он продолжает помогать мне в Святилище... Как друг, — подчеркнул он последнее слово и продолжил: — А также работает на Ж.Е.З.Л.

Немного помолчав, Стефан задал свой вопрос:

— Вы изменили Камар-Тадж или он изменился сам, чтобы принять вас?