вечером выползаю из кабинета хирурга с новым металлическим штырём в неидеальной конструкции бабы.

штырь в челюсти, а не что вы там подумали (а вы подумали, я вас знаю).

на выходе шнурок развязался, и я его печально шнурую вниз башкой, плечом держа лёд на лице.
вдруг откуда-то сверху - медсестра, почему-то шелестящим шепотом:

- Вам нельзя так наклоняться… и вообще никак нельзя… две недели нельзя…

думаю, ого, какая секретная информация.
такое только шептать, чтоб врагам не досталось.

- И вы сейчас улыбаетесь… - шепчет дальше, - А вот смеяться вам не надо, а то швы… две недели не смеяться…

думаю, ух ты, какой штырь чудодейственный.
наконец-то серьезным человеком стану.

- Спортом заниматься нельзя две недели, - продолжает монотонно медсестра, - Бегать, прыгать, тяжести поднимать, резко мотать головой… что вы там обычно делаете…

думаю, ого, строгач.
проще было сказать, что делать можно.
«лежать прооперированным концом кверху, нерезко моргать и молчать, всё».
две недели.
давно о таком мечтала, кстати.

- В бане париться нельзя… и в ванной горячей лежать не надо… и чай слишком горячий не пейте… всего вам доброго, будьте здоровы, не нервничайте… - дошептала медсестра.

- Спасибо, - говорю, - За заботу и информацию, до свидания, - и ползу к такси по темному переулку, пока и это не запретили.

- ДЕВУШКА!! ДЕВУШКААА!! - неожиданно громко вопит медсестра вслед.

эхо разлетается по окрестностям, вороны со зловещим карканьем срываются с деревьев, где-то ветром от вопля захлопывается форточка прямо в кота.

думаю, господи, господи,
вот и всё, вот и всё…

- ДЕВУШКААА!!!!…

па ма ги теее…

- ДЕВУШКА, Я ЗАБЫЛА!!

ПИТЬ!

МОЖНО!!…

в общем, короче.
мне всё запретили кроме пить.
прощайте.