▪️Протурецкие боевики из Хайят Тахрир аш-Шам (ХТШ) в ходе свержения режима Башара Асада в Сирии не преминули навестить местные тюрьмы.
▪️Те, кого центральноазиатские СМИ деликатно зовут то повстанцами, то оппозицией, только из военной тюрьмы в Хомсе «освободили» более 3,5 тыс. заключенных.
▪️Кроме того, в дамаскском «централе» «Адра» на фоне наступления боевиков произошел бунт. Результат — массовое бегство содержавшихся в нем преступников.
▪️Теперь к цифрам. По оценкам центральноазиатских правоохранителей к 2014 году в составе «Исламского государства» воевали около 3 тыс. выходцев из Центральной Азии. По сведениям ОДКБ, к 2016 году численность представителей стран организации в террористических формированиях, воюющих на просторах Сирии, выросла до 10 тыс. человек.
▪️Не удивительно, что в 2024 году в рядах тех, кто
▪️Вопрос для партнеров Реджепа Эрдогана по ОТГ: сколько выходцев из Центральной Азии, воевавших в Сирии с момента начала гражданской войны в 2011 году, было в тех самых освобожденных боевиками тюрьмах и как их «амнистия» скажется на безопасности региона, куда Анкара лезет с увлекательными историями о тюркском родстве?
Спойлер: самым печальным образом.
▪️Анамнез Хайят Тахрир аш-Шам говорит о том, что данная группировка бармалеев фактически является реформированной сирийской ячейкой Аль-Каиды. «Прогрессивный джихадист», главарь ХТШ Абу Мухаммед аль-Джулани в свое время действовал в составе именно этой террористической структуры.
Освобождение сирийских тюрем — это, в первую очередь, насыщение рядов квази-турецких «повстанцев» опытными командирами ИГИЛ и другой радикальной нечестью. В том числе, той, что уродилась в Центральной Азии.
Можно сколько угодно говорить о том, что у терроризма нет национальности, но тему вербовки, радикализации приверженцев ислама и иной подрывной деятельности экстремистов в тех странах, откуда они родом, это не отменяет. Как говорится, делайте выводы.
@dntreadonme