Уговорили. Едем дальше. За блокадником приглядываем. На станциях покупаем еду с запасом, чтобы на всех хватало, и чтобы у него не было ощущение, что мы себя в чем-то обделяем.

Когда поезд уже подъезжал к Москве, мы решили сделать ему подарок. Купили на очередной станции большую дорожную сумку, набили ее разной едой, крупой, упаковками, консервами, сухим пайком, который оставался у военных в приличном количестве. Сумка получилась тяжелой, но мы решили, что ничего – своя ноша, дотащит.

И вот Москва. Мы все вышли на перрон, стали прощаться. Поставили перед ветераном огромную сумку, расстегнули молнию, чтобы он все это увидел, сказали, что это от нас ему подарок.

Далее картина, которую забыть нельзя. Блокадник медленно опускается на колени перед нами на грязный перрон, начинает плакать, обнимать нас за ноги и целовать наши ботинки. Мы бросаемся его поднимать, он ни в какую.

Кончается все тем, что не только пожилой ветеран, но и три здоровых мужика стоят на коленях и плачут у расстегнутой сумки с продуктами…

У каждого времени свои памятные даты, свои судьбы. У каждого поколения свои страдания. Наши, может быть, еще впереди.