Не успел Центризбирком объявить окончательные результаты выборов в Государственную Думу, как народные избранники начали исполнять — да еще и с огоньком.

Искрометный фрик-единорос Виталий Милонов, кое-как набравший 55% в Южном одномандатном округе Санкт-Петербурга, на следующий же после выборов день назвал тарелочниц «животными» и заявил, что это деструктивное явление должно регулироваться законом. Страшно подумать, что он напринимает на наши головы за ближайшие пять лет, и немного обидно за тарелочниц.

Бывший зампред думского комитета по информационной политике Андрей Свинцов, весной 2026 года с громким треском вылетевший из ЛДПР за «действия, порочащие репутацию партии», поддержал идею запрета термина «разведенка с прицепом» — причем на уровне уголовного наказания, путем внесения поправок в легендарную экстремистскую ст. 282 УК РФ. В новый созыв Госдумы Свинцов, хвала небесам, не прошел: в силу нерукопожатности сменил партийную ориентацию и попытался баллотироваться в Подмосковье от «Партии пенсионеров», которая в итоге не прошла 5%-барьер.

Депутат калибром помельче, но того же примерно градуса адекватности – Александр Колесников, заседающий от партии «Единая Россия» в законодательном собрании Екатеринбурга, потребовал снести корты для падела, которые он публично назвал «порнографией», и вернуть платную парковку, на месте которой их построили. Аргументация железобетонная: мажоры в падел играют, а бизнесменам парковаться негде. До депутатства Александр Геннадиевич прошел весьма одиозный трудовой путь: в 1990-е был замдиректора ЧОП «Витязь», в 2000-е участвовал в управлении екатеринбургскими рынками, а затем, когда быть авторитетным пацаном с квадратной мордой стало немодно, перешел в коммунальное хозяйство и возглавил управляющую компанию, обслуживавшую Железнодорожный район Екатеринбурга. В общем, платные парковки для Колесникова — тема родная, можно сказать — ностальгическая. Помните, как это было? Сначала кирпич на капот, потом ножом по колесам.

И нечего делать недовольные лица, уважаемые читатели. Вы сами за это проголосовали, теперь не жалуемся.