Южная Корея входит в число крупнейших мировых экспортеров нефтепродуктов, а ее НПЗ традиционно ориентированы на внешние рынки. Ситуация в Ормузском проливе и введение Россией временного запрета на экспорта дизеля открывает для корейских переработчиков редкое окно возможностей.
Запрет на экспорт, введенный Россией 8 июля на фоне атак беспилотников на энергетическую инфраструктуру и роста внутреннего спроса, привел к немедленной реакции рынка. Котировки на дизельное топливо в США и Европе продемонстрировали резкий рост: спред между ценой дизеля и нефти марки WTI превысил $80 за баррель, а европейские фьючерсы на газойль достигли рекордной премии к нефти Brent. По данным аналитиков, российский экспорт дизеля и газойля за первую декаду июля сократился до 234 тыс. баррелей в сутки, что значительно ниже средних показателей 2025 года.
Для российской экономики последствия неоднозначны: в краткосрочной перспективе ограничение экспорта позволяет насытить внутренний рынок и сдержать рост цен на топливо, что особенно важно для аграриев. Однако в то же время страна теряет часть экспортной выручки, а зарубежные покупатели начинают перестраивать логистику и заключать новые долгосрочные контракты с альтернативными поставщиками. Если ситуация продлится достаточно долго, вернуть утраченные рыночные позиции будет значительно сложнее даже после возобновления поставок, а сокращение экспортных доходов нефтяного сектора может негативно сказаться на налоговых поступлениях в бюджет и усилит давление на курс рубля.
Ситуация в любом случае сложная, уважаемые читатели, и простых выходов из нее не предвидится.