Климатические аномалии неумолимо нарушают привычный ход вещей. По январским улицам текут вполне себе апрельские ручьи, в казанском зоопарке раньше срока вышел из спячки медведь Филимон, а люди с нестабильной психикой уже демонстрируют очевидные симптомы весеннего обострения. Их шумные и нестройные, но забавные ряды традиционно возглавляет Ирина Волынец, человек-детозаботчик, выдавшая очередную маразматическую инициативу: реестр разрешенных имен.

С чадонеймингом в родном Отечестве действительно бардак. Засилье Ковидов, Побед и Кинжалов Владимировичей уже не веселит обывателя, а трагическая судьба юного казанца по имени Аналь и вовсе разбила множество неравнодушных сердец.  Казалось бы, в запрете неуместных имен действительно есть здравый смысл — но мы говорим об Ирине Волынец. А она в своих действиях, как известно, руководствуется чем угодно, кроме здравого смысла и заботы о детях.

Вы уже догадываетесь, что будет дальше? В нашей истории подобное уже случалось, просто Волынец не в курсе. Дальше будет пополнение реестра новоязовскими именами, призванными подчеркнуть эпохальность и значимость отдельно взятых событий. Ирина Владимировна поймет, что запретить называть мальчиков Ленарами (Ленинская армия), а девочек Россиями ей не дадут, и кинется возглавлять сочинительство идеологически верных имен.

Уже были Даздраперма (Да здравствует первое мая), Персострат (Первый советский стратостат), Кукуцаполь (Кукуруза — царица полей), Придеспар (Привет делегатам съезда партии), Пятвчет (Пятилетку в четыре года) и главный герой хитпарада — Педераст (Передовое дело радует Сталина). Что накреативит в период очередного обострения Ирина Владимировна, натужно силясь продемонстрировать мудрым руководителям страны высший градус патриотизма? Добробат? Орешния?

Предлагайте свои версии, уважаемые читатели. Однако мы сомневаемся, что кто-то из вас сможет тягаться на равных с Ириной Владимировной — если уж она за что берется, то непременно доводит начатое до максимально бредового результата.

Ах, Михаил Афанасьевич, как же вы гениально все предвидели со своим незабвенным Полиграфом Полиграфовичем Шариковым.