«Следует также учитывать географическую удаленность стран [БРИКС], в отличие от еврозоны, которая имеет географическую близость», — добавил он.
Индия на фоне использования рупий в трансграничных платежах «не предпринимала никаких шагов по дедолларизации», подчеркнул Дас и пояснил, что власти стремятся лишь устранить риски в торговле, поскольку зависимость от одной валюты «порой может быть проблематичной из-за повышения курса».
В ноябре избранный президент США Дональд Трамп пригрозил странам БРИКС 100-процентными пошлинами за создание новой валюты взамен американскому доллару:
«Мы требуем от этих стран взять на себя обязательства, что они не будут создавать новую валюту БРИКС и не будут поддерживать какую-либо другую валюту, которая заменит могучий доллар», — написал он в своей социальной сети Truth.
По его словам, любой стране, которая попытается заменить доллар в международной торговле, придется «помахать Америке рукой».
На сегодняшний день доллар остается самой используемой валютой в международных торговых операциях. По данным Statista, в июне 2024 доля международных платежей, проводимых в долларах в SWIFT, составила 58,07%.
Этой осенью российский МИД сообщил, что говорить о введении единой валюты в БРИКС пока рано, поскольку страны-участники BRICS имеют «существенные различия» в подходах к регулированию платежного баланса, национальных финансовых рынков и таргетированию инфляции.
Однако говорить о радикальном пересмотре планов стран BRICS говорить не приходится. Еще в июне этого года российские власти говорили о создании платформы для расчетов в национальных валютах при взаимной торговле. Этот процесс не подразумевает отказ от доллара, а лишь расширяет список валют, которыми страны могут расплачиваться между собой.
Идея создания собственной валюты БРИКС — R5 (на основе названий валют стран БРИКС, каждое из которых начинается с буквы R: real, rouble, rupee, renminbi, rand) пока отложена в долгий ящик. Идеология использования расчетов в национальных валютах упирается в три основных проблемы:
Во-первых, кросс-курсы национальных валют пересчитываются исходя из курса доллара, хотя это и не афишируется. Американская валюта выступает в качестве своего рода эталона, позволяющего адекватно производить оценку поставляемых товаров, альтернативой ей могут служить только евро или фунт стерлингов.
Во-вторых, курсы национальных валют входящих в БРИКС государств подвержены сильным колебаниями, как, например, на родной российский рубль, курс которого регулярно меняется, или как китайский юань, курс которого устанавливается государством. Эти факторы повышают риски при использовании нацвалют.
В-третьих, национальные валюты не обладают достаточной ликвидностью, как, например, индийские рупии, которыми Индия расплачивалась за поставляемую в страну российскую нефть, и с которыми потом долго не знали, что делать — на внешних рынках они никому особо не нужны, а в самой индии физически нет столько товаров, чтобы оплачивать их накопившимися на счетах российских компаний деньгами.
В-четвертых, между странами-участниками БРИКС есть внутренние противоречия, как, например, между Индией и Китаем, что так же не способствует созданию единого платежного инструмента.
Когда-нибудь единая валюта БРИКС все же выйдет в обращение, уважаемые читатели, но будет это очень нескоро.