По поводу давешнего ренессанса русского акционизма в эфире Первого канала хотели бы сказать пару слов:

Во-первых, непонятно удивление в обоих идеологических лагерях наличию людей либеральных взглядов в госпропаганде. Поверьте, тусовочка в медиа насквозь либеральная вне зависимости от идеологической направленности СМИ, так что на госканалах либералов наберется на полдюжины телеканалов «Дождь». И это не то чтобы новость — еще в 2011-2012 годах люди массово отсиживали вахту в каком-нибудь РИА «Новости», после чего цепляли на пальто белую ленту и шли на митинг оппозиции. В 2014-м эта тенденция усилилась — и дело, разумеется, не в том, что пропагандисты начали переживать за свободу собраний, права человека или территориальную целостность Украины, просто новая политическая реальность стала сильно бить по карману и ухудшать жизненные перспективы, а ведь шли в пропаганду эти люди не из идейных соображений, но из корыстных. Ну а в нынешних реалиях ястребов в СМИ и вовсе явное меньшинство.

Во-вторых, акция Марины Овсянниковой — это не спонтанный жест отчаяния одиночки, а вполне рассчитанная акция с осознанием последствий, позитивных и негативных. Позитивных — в том плане, что такая акция делает человека неким образом символом антивоенного сопротивления в России, а значит дает автоматическое право на «золотую визу» с трудоустройством практически куда угодно на Западе, примерно как это случилось у Надежды Толоконниковой. Женщина, совершенно очевидно, приняла решение покинуть страну, однако в новых реалиях это сделать непросто: тут и валютные ограничения, и полетные, и визовые, и еврокэнселлинг граждан РФ, тем более с опытом работы в главном рупоре российской пропаганды. Марина Овсянникова за несколько секунд эфира сняла все эти проблемы. Теперь осталось преодолеть кару от властей, а они у нас мстительные, а сейчас еще и находятся в полуистерике. Так что тут 15 сутками женщина рискует не отделаться, сажать, очевидно, будут по-настоящему, в назидание остальным.

И даже это Марина, как нам кажется, понимала — по крайней мере, высокую вероятность такого преследования. И пошла на это. А это значит, что элита и ее обслуга, все эти годы паразитировавшие в тепличных условиях российской клептократии, не связывают себя с более со страной, не верят в ее перспективы, да и в существование тоже не очень верят, раз идут на прямой вызов ради того, чтобы устроиться в новом мире.

Остальные тоже бегут, но потише — от Урганта и Галкина до ведущей НТВ Лилии Гильдеевой, работавшей там с 2006 года, причем та и вовсе сперва уехала, и уже только потом прямо оттуда написала заявление. Боятся и бегут. Да и заместителя гендиректора ВГТРК и ведущего Сергея Брилева, человека с гражданством Великобритании, давно не видно.

И в-третьих: в свободной Британии даже самый прямой-распрямой эфир идет с задержкой в несколько секунд еще с середины 1970-х годов, когда Sex pistols весело обматерили в прямом эфире ведущего Билла Гранди. А в России, где судьбоносный Совбез с плашкой «Прямой эфир» идет в записи через полдня, прям в Цитадели Госпропаганды новости идут в прямой эфир без какой-либо задержки. Безо всякой на то необходимости — нет ни гостей, ни прямого включения, сюжеты смонтированы заранее... Это какое-то феноменальное разгильдяйство? Или же гражданка Овсянникова действовала не одна? Если второе — то сообщникам не позавидуешь, у них не будет даже защитного медийного выхлопа, как у Овсянниковой.