В сети на днях появился «Sans voix» / «Voiceless» молодого швейцарского режиссера Samuel Patthey, которого я очень люблю за его дипломный обаятельный городской анимадок «Travelogue Tel Aviv» (Самуэль приезжал по обмену учиться, как я помню, в Шенкар), и за меланхолическую доканимацию «Ecorce» о доме престарелых, снятую вместе со своим однокашником Silvain Monney и завоевавшую Кристалл Анси в 2021-м году (оба фильма есть в сети). «Sans voix» я видела прошлым летом в Загребе и сам фильм, хоть и очень выразительный, показался мне не таким внятным, как предыдущие. Но все прояснилось, когда я услышала рассказ Самуэля о том, как фильм менялся во время съемок. Отвечая на вопросы после показа, он говорил, что давно задумал и уже начал снимать этот личный фильм о герое (понятно, что речь о себе), который почти не выходит из дома, всегда в наушниках, погруженный в техно музыку, в городе ему не по себе, поэтому он сразу кидается в клубную жизнь с наркотиками и все той же музыкой, которая помогает ему почувствовать себя на месте. Но потом, когда фильм уже был в работе, Самуэль встретил девушку, которая стала его женой, у него родился сын, и это изменило его жизнь и его кино. Собственно, этот путь мы и видим в фильме: парня без лица, вернее с зеленым пустым местом вместо лица, но с узнаваемым обликом худого всклокоченного гуляки из тель-авивского тревелога. Видим его домашнюю жизнь: уборку, яичницу, стирку, взгляд на стройку за окном, - у Самуэля легкая точная графика с прежней наблюдательностью и множеством деталей. И на контрасте со светлыми неторопливыми картинами дневного города, - ночная чернота и ослепительно яркие танцы толп молодежи в клубах под бомбящее техно (такие светящиеся в темноте дансинги были у него и в фильме про Тель-Авив), а потом снова утро, стучащее сердце и медленная домашняя жизнь. И вот посреди этого кино с его ритмическими перепадами, мы не раз видим секундные остановки, фиксирующие взгляд героя: детская коляска, беременная женщина, ребенок, выглядывающий из-за чьей-то ноги, малышня, играющая во дворе. Как будто ткань фильма, задуманного раньше, рвется, и за ней мы видим что-то новое. В финале лицо героя проявляется, будто он, наконец, узнает себя, и в последних кадрах мы видим только качающуюся белобрысую детскую головку, как видит ее сверху идущий отец, у которого на груди в слинге сидит ребенок. Кстати, помню, когда мы показывали на БФМ «Кору» / «Ecorce» и Самуэль Патти участвовал в наших онлайн встречах с режиссерами, он только что стал молодым отцом и должен был в это время сидеть с ребенком, так что ему было нелегко выкроить момент. И теперь, зная, как важно для него делать кино из собственного опыта, я жду от режиссера фильма про отцовство.https://
youtu.be/WJLio7Kg1kA?si=AbRvz7X0vNjt2Mmh