Сегодня, коллеги, сделаю относительно короткий пост, который посвящу не вопросам российско-американских отношений, хотя новая информация появилась, а логике британцев в складывающейся ситуации. По «аляскинскому» направлению пусть немного «отстоится». Тем более, что в последние полтора суток столько было комментариев от «доверенных политологов Кремля», что мне, неформалу-махновцу, в этот хор – не протолкнуться. И сразу предупреждаю, - комментировать саммит на Аляске по горячим следам не буду. И без меня для этого экспертов хватает. Посмотрю, что можно сказать, «когда осядет пыль».  

Что касается британцев. Важно то, что в России они в последние три недели практически на официальном уровне были объявлены не то, чтобы «главным противником», но наиболее враждебной России дестабилизирующей силой внутри нашей страны и вокруг нее. Это вполне логично вытекает из всего предшествующего развития ситуации в британо-российских отношениях, хотя и оставляет открытым вопрос «Ну и...?». Подобные уже не пропагандистские, но вполне политически устойчивые конструкции предопределяют необходимость перехода к неким практическим действиям. Как минимум, к изменению характера политических отношений между двумя странами. Но признаков готовности предпринять в отношении Лондона некие реальные шаги я не вижу. И почему-то думаю, что не увижу.

Хотя в целом накачивание антибританской риторики – более, чем фундированной – накануне встречи с Трампом тоже понятно: слишком многое в попытках  сорвать встречу указывало на британский «след». Более того, истоки попыток развязать новую фазу войны Израиль-Иран, вопреки геоэкономической логике Трампа,  указывают примерно  то же направление. И Трамп прекрасно понимает, что британцы играют против него. Но сделать может мало. Хотя есть нюансы.

О них я напишу в частном канале. Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen

Ключевой вопрос, в конечном счете,  крайне прост, хотя и состоит из двух частей: с одной стороны, почему так критично для британцев сорвать даже самую вегетарианскую по результатам встречу между США и Россией. И в какой мере британцы способны действовать самостоятельно, а где вынуждены входить в некие ситуативные партнерства, и с кем. Сомнений, что у британцев есть некий «план», нет, я думаю, ни у кого. А еще обращу внимание на вчерашнее заявление Лондона, обращенное к европейским странам с призывом прекратить ненужные риторики и не мешать Трампу вести диалог с Москвой. Цинизм, конечно, лютый, но очень интересный. Это значит, главное, что готовят британцы и, вероятно, их союзники в США, спланировано после кризиса. А провокации, мастерящиеся совместно с Киевом  для срыва встречи - не то, чтобы отвлекающий маневр, но так,  некая «попытка – не пытка». 

В целом понятно, почему Лондон внешне выступает в качестве как бы «сдерживающей» силы в отношении агрессивно (и неумно) ведущих себя европейцев: британцам важно удержать Трампа в ранее заявленной им парадигме сохранения поставок вооружения в Европу (для Киева и вообще) на коммерческой основе. У британцев есть в данном случае и политические, и экономические резоны, о чем поговорим в частном канале, но главное: если американцы сохранят открытыми поставки вооружения, конфликт можно будет быстро разморозить даже в случае достижения с согласия Киева  некого формально закрепленного замораживания (тут есть нюансы – о них опять-таки в частном канале). Срок  2027-2028 -  рубеж готовности Европы к полноценной конфронтации с Россией. А без  вовлеченности американцев сохранение элемента нестабильности просто невозможно. 

Это и есть «программа-минимум» британцев.

Понятно, что что-то серьезное вряд ли начнется раньше того, как Трамп покинет Белый Дом (а значит – 2029 г.). Но главный вопрос в том, как (вернее – чем) будет заполнена «пауза» в конфронтации вокруг Украины, и кто будет «главным» в ходе следующей волны конфронтации в Европе.