ДИЧАРДЫ confession!!

Под ребрами жалобно скребся и выл раненый зверь. Человек, который так отчаянно нравился Ричарду, казалось, был на расстоянии вытянутой руки. Так близко, что воздух между ними искрился, почти обжигал. И в то же время невероятно далеко, словно их разделяла непреодолимая пропасть, а все попытки пересечь ее оставляли на сердце свежие кровоточащие раны. Будто сама судьба воздвигала между ними невидимую стену, злорадно наблюдая за его мучениями.
Но Ричард, как бы сильно ему не хотелось оставить все как есть, был решительно тверд в принятом решении. Он должен был отпустить Дилана. Это было единственное правильное, что он мог сделать для него.
Когда наконец раздалась долгожданная трель звонка, оповестившая о конце пары, Ричард одним резким, нервным движением сгреб тетради в портфель, закинул лямку на плечо и, выждав, пока шумная толпа студентов рассосется по коридорам, направился к профессору. Тот все еще сидел за кафедрой, лениво перебирая бумаги, но уже явно собирался уходить. Ричард ускорил шаг, боясь не успеть, но судьба, видимо, вновь решила посмеяться над ним.
Едва он успел приблизиться, как заметил знакомый силуэт, мелькнувший у профессорского стола. Дилан. Он уже стоял там, что-то тихо спрашивая у преподавателя. Ричард замер на месте, словно олень при свете фар. Дыхание перехватило, а сердце ухнуло куда-то вниз. Но он быстро прогнал это оцепенение и подошел ближе как раз в тот момент, когда до него донеслись отрывки разговора: про какие-то даты, сроки выставления тем, в общем ничего интересного.
Профессор, бросив на обоих короткий, равнодушный взгляд, без лишних церемоний выпроводил их из кабинета, сославшись на другие дела, закрыл дверь и стремительным шагом удалился по коридору. Ричард моргнул, осознавая, что его грандиозный план, так и не успев осуществиться даже на малую часть, провалился настолько стремительно, что это было достойно самой неудачной комедии.
Тишину нарушило чужое покашливание – совсем рядом, почти у уха. Ричард крупно вздрогнул, резко обернулся и вновь утонул в этих чарующих, загадочных синих омутах. Точно. Дилан. он стоял так близко, что Ричард мог разглядеть каждую его ресницу, каждое вкрапление на радужке. Сердце в груди тут же сорвалось в бешеный, сумасшедший пляс. Ричард инстинктивно сделал шаг назад, натыкаясь спиной на холодную стену, но Дилан, словно не замечая чужого смущения или, наоборот, подмечая его с каким-то любопытством, наступил следом.
– Ты же Ричард, да? Мы не знакомы, я тот самый Дилан, твой напарник. Надеюсь сработаемся или типо того.
Голос Дилана оказался именно таким, каким Ричард его представлял – чуть хрипловатым, бархатистым, напоминая мурчащего кота. От этого звука вдоль позвоночника пробежала дрожь. Ричард гулко сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле, и тупо уставился на протяную ладонь. Узкую, изящную, с длинными, как у пианиста, пальцами.
Повисла неловкая пауза. Ричард понимал, что молчит уже слишком долго и, когда тишина стала совсем невыносимой, выпалил на одном дыхании, предательски давшим петуха голосом:
– Д-да, привет. Я тот самый Ричард. Ну, тыитакэтознаешь.
Щеки потеплели и он как можно незаметнее вытер вспотевшую ладонь о грубую ткань джинсов, прежде чем протянуть ее в ответ. Его пальцы обхватили ладонь Дилана – она оказалась теплой, мягкой, почти хрупкой, и от этого прикосновения по телу пробежал электрический разряд. Ричард сжал ее несильно, боясь причинить боль или сделать что-то не то и, как только момент стал слишком интимным, почти отдернул руку, словно ошпарился.
– Эм... Приятно познакомиться, Дилан.
Он коснулся затылка в робком, смущенном жесте, отвел взгляд в сторону, а затем, поджав губы, будто принимая какое-то важное решение, достал из кармана телефон. Пальцы немного подрагивали, когда он разблокировал экран и протянул устройство Дилану.
– Дашь свой тег в пейджере? Ну, типо списаться насчет проекта потом и все дела... – проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринуждённо, хотя внутри все замерло в ожидании ответа.