Боже, я не могу. Перечитываю "Летопись" и с трудом ржач сдерживаю местами. Возможно, и вас немного повеселит. Всё-таки, как показывает практика, чувство юмора нужно сохранять даже в самые тяжёлые моменты жизни. Когда-нибудь я напишу про это подробнее. Когда-нибудь, когда это всё закончится. Спокойной ночи.

Ну вот — утром едем на вокзал.
Гуськин с вечера бегал от меня к Аверченке, от Аверченки к его импресарио, от импресарио к артистам, лез по ошибке в чужие квартиры, звонил не в те телефоны и в семь часов утра влетел ко мне запаренный, хрипящий, как опоенная лошадь. Взглянул и безнадежно махнул рукой.
— Ну конечно. Новое дело. Опоздали на вокзал!
— Быть не может! Который же час?
— Семь часов, десятый. Поезд в десять. Все кончено.
Гуськину дали кусок сахару, и он понемногу успокоился, грызя это попугайное угощение.