— Непонятно, что там будет. Но нас встречает Серёга «Кабан», — Николишин сразу задал тон приключению выходного дня.

Выкинув за минуту стоянки четыре огромных баула из поезда «Москва — Абакан», мы оказались на станции Мантурово.
Под Костромой.

Кабана не было.
Нас встречали две чёрные дворняги. Они с достоинством прошли мимо нас и не подарили даже секунды своего плотного графика фигурам с клюшками.

Кабан ответил на звонок только с третьей попытки. Волновались.

— Приехали? Идите.

На привокзальной площади нас ждал микроавтобус, украшенный бумажными снежинками, единорогами и снеговиками. Внутри весь потолок был в ёлочных гирляндах.
Настоящий пати-бас.
— А я просто создаю новогоднее настроение, — «Кабан» хвастался. Впереди 9 мая! Тематика.

Кабан выжимал из мотора 160. Всё бы ничего, но на его правой руке заметно не хватало пальцев. В левой была сигарета, иногда левой он переключал режим елочных гирлянд. Тремя пальцами правой он подруливал машину развлечений Навстречу мчали костромские фуры.

— Каждый день гоняю в Кострому. Люди довольны. Встаю в два тридцать ночи и в рейс. Сегодня оказываю спонсорскую помощь вам,- Кабан с явным удовольствием подруливал, проверяя наши нервы.

Мы смотрели на дорогу неотрывно. Молча.

«Кабан» перевозит людей из городка Кологрив. Именно туда лежала наша дорога.

Впервые этот город в моём сознании возник благодаря Остапу Бендеру. Как известно, первая встреча великого комбинатора и отца русской демократии случилась в дворницкой. Именно там Остап Ибрагимович и произнёс:

— Отлично, — сказал он, кося глазом, — вы не из Парижа. Конечно, вы приехали из Кологрива навестить свою покойную бабушку.

Кологрив читается в фамилии эпатажного актёра Никиты. Поиск в интернетах прямых связей не обнаружил. Старинный город, со своими мифами.
Вот, например. Один купец захотел завести железную дорогу в Кологрив. Построил здание вокзала. А железка вдруг свернула в другую сторону.
Теперь вокзал — краеведческий музей. Железка в 70 километрах. Город с вокзалом без дороги. Сюжет.

Кругом леса, здесь южная тайга и заповедник, привлекший внимание ЮНЕСКО. Но главное — гуси!

Кологрив стал гусиным хабом. Перед беспосадочным перелётом в Арктику дикие гуси отдыхают тут на пленэре. Несколько десятков тысяч особей. Восторг орнитологов.

В эту точку на карте однажды указал палец молодого человека по имени Егор. Вместе с друзьями он искал территорию, удалённую от железной дороги, с дикой природой и тишиной. Выбирали. Первым городом, в котором сделали остановку был Кологрив. Как гуси все поняли сразу.

Посмотрев на косяки диктх птиц, они вдохновились. Решили сделать гусиную ферму. Если птицы прилетают сюда, значит, это кому-нибудь нужно?!

На Avito Егор увидел объявление: «Продаётся „Родина“». Мощности разбитого колхоза ушли за полмиллиона. Купили.
Завели гусей. Не диких.
Название сразу с козырей:
«Гусиная столица»

Получили грант как молодые фермеры. Расширились.

Шаг за шагом дело пошло. Теперь гусей здесь больше, чем жителей города Кологрив. В пик сезона восемь-десять тысяч голов. Продукция полетела в ритейл, серьёзные рестораны, фудтраки.

Законодателями гусиной кухни являются венгры, поляки и... китайцы. На Кологрив они уже смотрят с интересом.
Гусь даёт рабочие места, приносит деньги, меняет облик города.

Большой амбар стал клубом-рестораном. Здесь, конечно, бесплатно в новогодние праздники детям показывали фильмы и давали чаепития.

«Гусиная столица» точка гастро- туризма. Гусь су-вид, вяленый, паштет, суп, а-ля хамон, гагабургеры, гусиная шаурма. Еда не на каждый день, но точно и не как принято - под праздник.
Пока нет захода на фуа-гра. Технология тяжёлая и дорогостоящая.

Ночное небо тоже подсказало идею — устроить маленькую обсерваторию. План на день: утро конная или лыжная прогулка, лес, воздух. Вечером красивый иммерсивный ужин, ночью романтическое звёздное небо.

Ещё один поворот.
Егор, Константин и партнёры ищут пути выхода на мировой рынок производства…воланчиков. Почему бы и нет? Гусиные перья качественные. Пушкин и Гоголь одобрили бы.

Они изменили мой сложившийся образ фермера.

🔽🔽🔽